Глава 18
Ведьмы оптом и в розницу
Странная вещь сердце человеческое вообще и женское в особенности!
М. Ю. Лермонтов "Герой нашего времени"
Первые выходные нового года я провела в обнимку с одолженными конспектами и сайтом "Хочу всё знать". Артемий Петрович отдал тетради безо всяких вопросов.
- Хоть насовсем, - великодушно разрешил он и вновь куда-то умчался.
Наедине мы больше не оставались, существуя в режиме "полный игнор": Воропаев явно избегал меня, а я не искала встреч. Догадывалась, что бесполезно. Тогда-то и поселилась в голове озорная мыслишка, типичный русский "апочемубыинет".
От помощи Интернета пришлось отказаться: он щедро делился ссылками типа "Как стать вампиром", "Как распознать ведьму" и через раз отправлял на форум нового молодежного телесериала о нечисти. Вурдалаки правят миром, упыри вытесняют прекрасных принцев. Я вздохнула и выключила ноут. Толку от Всемирной Паутины маловато.
"Теорию магии", "Практическую магию" и "Трансфигурацию" штудировала с фамильным соболевским упорством, цеплялась за каждый абзац в надежде наткнуться на подсказку. Различного типа превращений пруд пруди: и в животных, и в птиц, и в предметы обихода, но о полном перерождении нигде не упоминалось. "Мифы и легенды" наперебой кричали, что единственный возможный вариант - это пойти в подмастерье к опытной (-ому) ведьме/колдуну и позаимствовать силу. Но, опять-таки, об изменении сущности речи не шло, только о приобретении способностей. Довольно частая практика с немаленьким сроком. Обучусь лет через десять-пятнадцать, подождете? Нет, этот вариант не годился. Похоже, волшебники твердо придерживаются правила: "Где родился, там и сгодился", в нашем случае - кем.
Думай, Вера, думай! А если пойти от противного? Тебе опостылело быть нелюдем и хочется слить куда-нибудь свой магический потенциал, ну теоретически. Тогда почему Воропаев этого не сделает? Вот уж кому опротивело быть не похожим на других. Эх, не сходится что-то...
В таком виде - хмурую, обложившуюся тетрадками и со следами мыслительного процесса на лице, - меня и обнаружили Анька с Эллой.
- Во больная, - выдала подруга вместо приветствия. - Воскресенье, а она учится! Не надоело?
- Верк, Эля по магазинам зовет. Пойдешь? - сестрица прыгнула на кровать. - Будем тратить новогоднюю заначку.
- Во-первых, доброе утро, - буркнула я, - а во-вторых, мне некогда, идите сами... Где же эта схема?
- Опаньки, - присвистнула Элька, хватая "Нежить", - ну и уроды! Ты, мать, никак в мистику ударилась? Опасное это дело, сектанты на счет "три" лохов разводят... Хих! Это че, кикимора?!
- Болотная рыбница. Дай сюда, это не моё!
- А чье же? - прищурилась рыжая бестия. - Анька, ты за сестрой хоть смотришь? Совсем сдает старушка...
- Элла, вы, кажется, собирались по магазинам? - я спокойно собрала конспекты в стопку. - Не мешайте, по-хорошему прошу!
- Анна Батьковна, собирайся, - велела подруга, - через десять минут выступаем.
- Есть, мэм!
- Я, собственно, явилась тебе шею мылить! - продолжила она, стоило сестренке скрыться за дверью. - Это ж как так получается: вы с Саньком разбежались, все давно знают, одна я не в курсе? Непорядок!
- Эль, прости, - почти оправдывалась я. - Забегалась, закрутилась...
- Ну ты даешь! - возмутилась она. - Турнуть любоффь всей своей жизни и не растрезвонить об этом! Хорошо, что маманя твоя проболталась, а то я уже наряд подружки невесты присмотрела. Кайфо-о-овый такой, с вырезом...
- Миль пардон за обманутые надежды, - фыркнула я. - Мы с Сашкой разошлись без скандала, остались друзьями. Все живы, здоровы и счастливы.
Подруга застыла на месте, точно почуявшая зайца гончая.
- А с кем "не друзьями"? Я тебя давно знаю, Вер, просто так ты б его не кинула, корыстная душонка. Нашелся более перспективный вариант? И давно у вас всё? Я его знаю?
- Элла! - я застонала. - Нет! Нет! Нет!
- Чего "нет"?
- На все - нет!
- Зацепило тебя, зацепило. Врешь и не краснеешь! В глазках мечта булькает, щечки алеют, одеваться стала нормально, - загибала пальцы Эля, - в смысле, не как Страшила из страны Оз. Влюбилась, как пить дать! Ну скажи хоть, кто он, и я отклеюсь, - заюлила он.
- Ага, так я и поверила! Не дождешься.
- Верк, ты сволочь! Дай угадаю: глубокомысленный интерн? Поэт-философ? Лаборант с темным прошлым? Сторож дядя Степа, склонный к психоанализу и спиритизму? - терялась в догадках подруга.
- Еще одно слово, и мы поссоримся, - прибегнула я к последнему аргументу.
- Хорошо, хорошо, не хочешь говорить кто - не надо. Если без имен и должностей, у вас чего-нить уже было? Чего ты краснеешь? Не десять лет... Всё настолько плохо? Ой, неужели женатый?!
Помидорный румянец выдал меня с головой. Учитесь контролировать эмоции, Соболева, в будущем вам это понадобится.
- Беда-а. Любить женатого - себе дороже. Будут брошенные жены в дверь звонить, во дворе караулить и кислотой обливать. Дура ты, дура! Разводиться, небось, не собирается? - на всякий случай уточнила Элла. - И то хлеб. Оставь ты это дело, пока не поздно. Поматросит и бросит, а тебе - опять травма...
- Значит так, - процедила я (мерси Артемию Петровичу за мастер-классы), - моя личная жизнь - это мое личное дело. Думаешь, не рассказала бы, будь всё хорошо? Твоя назойливость переходит границу...
- Вер, - испуганно прошептала Элька, - ты, часом, не перегрелась?
- Нет, у меня всё отлично, лучше не бывает! Закрыли тему. По магазинам не пойду, как-нибудь в другой раз. Тебя, кстати, Анька заждалась.
- Точно сектанты. Опутали, голову заморочили, - буркнула она, обидевшись. - Спасать надо человека, а то потом поздно будет.
- Не нужно никого спасать. Это моя жизнь, мой выбор...
- Заладила: "мой, моя, моё"! Не узнаю тебя, Соболева, точно подменил кто.
В своих предположениях Элла оказалась не так уж далека от истины. Прежней Веры Соболевой, отличницы-комсомолки, затюканной девицы, чья жизнь расписана по минутам, больше нет. Зато есть новая я, не уверенная даже в завтрашнем дне, не то что в дальнейшем будущем. Не знаю, на пользу ли такие перемены, но пути назад нет.
Раз не удалось найти в Интернете, книгах и тетрадях, воспользуемся иным, более надежным источником информации. Я сильно рисковала, но эта возможность узнать дорогого стоила. Остается придумать, как убить двух зайцев: узнать то, что требуется, и одновременно не дать понять, в каких целях будет использоваться узнанное.
***
План был обречен на провал с самого начала, и конспирация не помогла. На вопросы об оборотнях Артемий Петрович отвечал без особой охоты, но внятно, а вот стоило мне заикнуться о полной трансформации сущности, сразу насторожился.
- С чего это вы вдруг заинтересовались? - с подозрением спросил он, выглядывая из "режима игнор".
- Ну, откуда-то же взялись первые маги, верно? - затараторила я. - Наверняка от людей произошли. Да и отказаться в случае чего от силы нужно, правильно? Вот я и подумала...
- Вера Сергеевна, посмотрите мне в глаза и честно ответьте: как долго вы придумывали повод? - чуть ли не с отвращением поинтересовался Воропаев. - Хотя можете не отвечать, и так всё ясно. Если бы способ был, уверяю вас, я бы не преминул им воспользоваться. Что касается противоположной трансформации, то и мечтать забудьте.
Я в очередной раз "почемучнула".
- Издеваетесь? Можно внушить собаке, что она курица, но глупо, прошу прощения, ждать от нее яиц. Рожденный ползать летать не будет, не в обиду сказано...
- Хорошо, хорошо, - я смиренно сложила ручки, - Мировой баланс, незыблемое равновесие - это понятно, но ведь вампиры обращают друг друга, и ничего! Про людей и говорить нечего...
- По поводу обращений ступайте к Печорину, разъяснит на пальцах. Это его больная тема. Я же могу сказать одно: если всё так радужно, почему вампиры до сих пор в числе нежити? - зав. терапией в упор смотрел на меня, ожидая ответа.