Тем не менее участие в принятии реформы наместника великого князя, санкционировавшего ее своим присутствием на вече, — факт весьма показательный. Представитель великого князя во Пскове не счел нужным ни прямо (своим выступлением на вече), ни косвенно (своим отсутствием на нем) выступить против реформы. Представители великокняжеской власти знали о подготовке и проведении реформы, как знал о ней, без сомнения, и митрополит Филипп. И тем не менее реформа осуществлялась более года. Принципиальных возражений в Москве она, видимо, не вызывала. Более того, в спорах псковичей с архиепископом, приезжавшим во Псков в январе 1469 г. специально по поводу новой грамоты, победа фактически осталась на стороне псковичей. Они не подчинились авторитету архиепископа, согласившись только на арбитраж митрополита. Лишь в октябре того же года во Псков прибыли послы великого князя и митрополита с предложением отменить грамоту. Видимо, Москва решилась на этот шаг не сразу и не без колебаний. Псковичам понадобилось более двух месяцев для выполнения распоряжения митрополита, и, как уже указывалось, только 5 января 1470 г. грамота была извлечена из ларя и уничтожена.
Об участии князя Федора Юрьевича в событиях, связанных с реформой, после октября 1468 г. летописец не пишет. Видимо, являясь проводником великокняжеской политики во Пскове, князь Федор Юрьевич не выступал против проведения реформы и в спорах псковичей с архиепископом Ионой не заявил себя сторонником последнего. Тем самым он оказал молчаливую поддержку псковичам, что не могло не способствовать укреплению его позиций во Пскове.
Одним из существенных событий рубежа 60—70-х годов XV в. были для Пскова переговоры с королем Казимиром, приехавшим в Полоцк. Псковский летописец счел нужным отметить, что король до этого в Полоцке не бывал более 20 лет. На встрече псковских послов во главе с посадником Стефаном Афанасьевичем с королем с 24 по 27 января 1470 г. «король управы не учинил никаковы обидным делом», но назначил срок для продолжения переговоров со своими представителями. На эти переговоры, начавшиеся в Березничах 14 сентября, псковичи отправили представительное посольство в составе четырех посадников, а также бояр со всех концов. Летописец подчеркивает, что «с ними ездил и сам князь Федор Юрьевич и с сыном с князем Васильем». Это действительно важный факт: впервые переговорами Пскова с королем руководит наместник великого князя. Четырехдневные переговоры не привели, однако, ни к какому соглашению, не принеся ничего, кроме «истомы» послам, «убытком» и «изъезжи» «Христианом по всем волостям и по пригородом»49. Удивляться этому не приходится: сентябрь 1470 г. — канун решающего столкновения между Москвой и Новгородом. В этих условиях понятно стремление Литвы сохранить напряженность на псковских рубежах, оказывая тем самым прямую помощь своему потенциальному союзнику — Новгороду, где в то же время резко активизировалась деятельность партии сторонников Литвы.
Итак, к началу 70-х годов во Пскове можно наблюдать значительное усиление влияния великокняжеской власти. Князь Федор Юрьевич оказался наиболее деятельным из псковских наместников. В отличие от своих предшественников он стремится активно участвовать не только в военно-дипломатических мероприятиях, но и в политической жизни Пскова. Это — проявление не только личных качеств князя, но в первую очередь политической линии московского правительства, направленной на усиление контроля над феодальной республикой. Сохраняя основы своего политического устройства, Господин Псков все в большей степени подпадал под влияние Москвы. Важнейший показатель этого — расширение судебно-административных функций наместника в 1467 г., открывшее новые возможности для проведения великокняжеской политики в самом Пскове. Накануне решающей схватки с Новгородом московско-псковские отношения представляются достаточно прочными. За десять лет позиции великого князя во Пскове значительно укрепились, чему способствовала в первую очередь активная роль Москвы в защите псковских интересов перед Орденом, Литвой и Новгородом, обеспечившая Пскову относительный мир и безопасность. В сложных внешнеполитических условиях Господин Псков сохраняет верность своей ориентации на Москву.
* * *