— Уходи, — всхлипнула. Я сама себя теперь боюсь. И того зверя, что внутри.
— Иди сюда. Все хорошо… — мягкий шепот.
А мне кричать хотелось. Что хорошего? Разве рычать и есть сырое мясо нормально? И почему он не уходит?!
Подтянула колени к груди, уткнулась в них лбом и принялась раскачиваться. Огонь внутри бушевал, стремясь вырваться, но я упорно загоняла его обратно. Нет, только не сейчас. Я этого не выдержу.
Парень что-то говорил, но я закрыла уши руками, отгораживалась от его слов как могла. Ну, уйди уже, а?
Внезапно опора в виде твердой земли исчезла, чужие руки сомкнулись на запястьях, дернули вверх и буквально впечатали в мужское тело.
— Прекращай истерику! Ничего такого не случилось, — сурово отчитал Йен, но помог мало. Рыдания, как по команде, только усилились. Заметив это, брюнет сразу смягчился. — Ну что ты, Василек. Нашла из-за чего расстраиваться. Бывает…
— Отпусти, — прогундела ему в плечо.
— Еще чего! Чтобы ты опять сбежала? Я пока тебя догнал, запыхался. Еще одного забега точно не выдержу, — улыбнулся Йен.
— И не надо. Как ты можешь меня трогать, я же… чудовище, — выдохнула, вся сжавшись в его руках.
Но меня отстранили, серьезно посмотрели в глаза, выдали:
— Дура ты! — и снова припечатали к широкой груди. — Даже думать о таком не смей! — вдруг разозлился парень.
— Я даже не знаю, кто я, — жалобно пискнула в ответ. Подобная реакция на мои слова сбила с толку. Представлялось, что брюнет начнет обвинять, что раньше не рассказала про свои "особенности", или еще хуже, скажет что-нибудь обидное… Но нет, стоит, обнимает…
— Но ведь догадки есть?
— Наверное, оборотень какой-нибудь, — призналась со вздохом.
— Наверно, — согласился он и поучительно продолжил: — Но оборотень — это совсем не чудовище, знаешь ли. И чтобы больше не смела так думать, поняла?
Кивнула, поджав губы. Легко ему говорить.
— И тебе совсем не противно? — сколько было надежды в этом вопросе.
— Конечно, нет, — уверенно заявил Йен и добавил после недолгого молчания: — А вообще прости. Это я виноват. Мог бы и догадаться, что ты не просто так сразу после завтрака есть запросила.
— То есть, ты знал?! — я отстранилась и неверяще посмотрела на этого… слов вот нет!
— Догадывался, — поправил парень, но по глазам видела — все он понял! Ух, а я-то переживала, скрывалась…
— И давно? — недобрый прищур.
— Как только нашел в лесу, — все-таки признался и как-то совершенно незаметно для меня успел перехватить и сжать запястья, чтобы мои мелкие, но острые кулаки не впечатались в одну наглую мину.
Гр-р-р!
Угу, это опять я, но уже мысленно.
— И почему сразу не сказал? — скривилась, пару раз попыталась выдернуть руки из чересчур крепкой хватки, но сдалась.
— Ждал, пока сама признаешься, — укоризненно.
Вот так! То есть я еще и виновата, что не кричала на каждом углу: "Смотрите, я, кажется, оборотень!"
Нормально, да?
— И не собиралась, — недовольное бурчание было ему ответом.
На что Йен сокрушенно покачал головой.
А я вот задумалась. Если он знал, что я вроде как не совсем человек, то получается…
— Значит, я тебе поэтому не нравлюсь? — сделала открытие я и ротик прикрыла. Вот же ляпнула!
— Василек… — усмехнулся брюнет, с каким-то непонятным восхищением глядя на меня. — Какая же ты глупышка еще. Милая, бесхитростная…
— Это ты меня сейчас наивной дурочкой обозвал? — уточнила мрачно. На что парень лишь весело рассмеялся. Представляете? Вот зараза!
— Пойдем, — меня приобняли за плечи и потянули обратно к костру. — Ты поела, а мне еще ужин себе готовить.
— Не напоминай даже, — буркнула и залилась краской. Вот теперь стало стыдно. И за то, что мой зверь вдруг сорвался, и за свою реакцию, и даже за очередной, оставшийся без ответа вопрос. Парень ведь так и не сказал, нравлюсь или нет. Тему сменил. Оно и понятно. Даже если ему все равно, кто перед ним, человек или оборотень, то это еще ничего не значит. Досадно.
Глава 26 Об открытиях и напастях
Вернувшись к месту стоянки, оглядела оставшиеся следы от помутнения моего рассудка и окончательно пригорюнилась. При виде сырого мяса, к горлу подкатил ком… Фу. Как только могла это съесть!
Пока Йен мыл вывалянную в грязи тушку, пока жарил на костре, я сидела тихонько, как мышка, и выводила палочкой на сухой земле узоры. В голове снова теснились невеселые мысли. Все-таки лис наврал про родителей. Ведь если я оборотень, то хотя бы кто-то, мама или папа, должен быть таким же. А может и оба. Стали бы тогда они подсылать заколдованного человека, чтобы разыскать меня, если им проще сделать это самостоятельно? Значит, их либо нет, либо я им не нужна.
— Лис не объявлялся? — вдруг подал голос Йен. От неожиданного вопроса так и вздрогнула, лихорадочно раздумывая, что имеет в виду парень. Появлялся ли Демьян вообще с того памятного дня, или он знает про ночной визит?
— Н-нет, — попыталась удивиться, но вышло больше испуганно.
— Василь, я знаю, что сегодня ночью он приходил. Поэтому уточняю, сейчас ты его не видела? — вроде бы и не выговаривал, но так это укоризненно прозвучало, что щекам снова стало жарко.
Ну да, и не поспоришь. Рассказать следовало.
— Нет, сегодня не видела, — созналась я, поглядывая исподлобья на брюнета. Тот был спокоен. Рыжие шкурки его, казалось, уже не занимали. — А как ты узнал?
— Ну кто еще мог тебя надоумить спросить про направление? — Йен насмешливо заломил бровь.
А я… Я вот даже обиделась! То есть, получается, сама догадаться не могла?
Брюнет оценил мою насупленную мину и тут же пошел на попятный:
— Я не об этом! — и как только понял? — Просто ты была занята своими переживаниями, поэтому на дорогу особо внимания не обращала. Если бы не это, уже давно заметила бы.
Ну-у-у… В целом, он прав. Не до того было. То когти отрастают, то ожоги от чешуи остаются, то рыбу голыми руками ловлю, то кровь, то… вот. Мясо сырое ем. Когда тут про дорогу вспоминать? Я бы и через месяц не поняла, что идем мы не в ту сторону.
— Он просто сказал, что ты меня не в замок ведешь. А остальное я по карте подсчитала, — решила хоть как-то оправдаться.
— Что еще говорил? — насторожился Йен, тыкая ножиком в висящую над огнем тушку. Аромат, кстати говоря, шел изумительный, желудок снова завязывался в узел, но я гнала от себя даже мысли о еде.