Наконец, утолив очередную вспышку страсти, он рухнул на нее в полном изнеможении, и у Касс не осталось сил, чтобы шевельнуть пальцем.
Антонио кое-как сполз на край кровати. Касс немного отдышалась, пришло осознание того, что они здесь вытворяли. И что происходило на самом деле.
Касс застыла. Да, это он — приторный, удушливый запах, пропитавший все в этой комнате!
Она покосилась на Антонио, Тот лежал неподвижно, полностью одетый — только ширинка на штанах оставалась расстегнутой. Крепко зажмурившись, он все еще дышал часто и неровно.
Резко сев в кровати. Касс оглянулась.
Но вместо злорадной улыбки Изабель увидела пустую комнату, полную мрачных уродливых теней.
Антонио открыл глаза, и их взгляды встретились. Касс покраснела от стыда; она же наполовину голая! И прошептала:
— Она здесь!
Он тоже сел.
— О Господи! — Касс вздрогнула. Царивший холод пробрал ее до костей.
— Кассандра… — Антонио задернул молнию на джинсах.
— Тетя Кэтрин только что скончалась, а мы с тобой… — У нее даже не нашлось слов, чтобы назвать то, чем они занимались минуту назад.
— Что сделано, то сделано. — Судя по его виду, Антонио тоже испытывал стыд и раскаяние.
А она с содроганием вспоминала, что делала и что говорила — отвратительные, грубые вещи…
— Я никогда в жизни не занималась ничем подобным… — пробормотала она непослушными губами, готовая провалиться сквозь землю от стыда.
— А я наговорил такого… — Он поколебался и закончил: — Не знаю, что на меня нашло! Касс, не смея больше оставаться в таком виде, кубарем скатилась с кровати, отыскала свои трусы и джинсы и поспешно натянула их на себя.
— Я тоже не знаю, что на меня нашло! — вскричала она, сгорая от унижения и позора. Ей так приспичило заполучить Антонио, что она с восторгом принимала от него все: даже грубость и боль!
— Ты неправильно меня поняла! — возразил он, тоже встав с кровати.
Но Касс не смела поднять на него глаза. Кэтрин умерла, а они вот так запросто осквернили ее память! Да что же это такое?!
— Кассандра, — Антонио силой повернул ее к себе лицом. — Я не жалею об этом!
Ей ничего не оставалось, как ответить на его взгляд.
— Я сожалею о том, что все случилось так несвоевременно. Я пока сам не могу объяснить… некоторые вещи. Но я не жалею о том, что занимался с тобой любовью.
— Это не называется любовью, — возразила она, не сводя с Антонио широко распахнутых глаз. Там, в постели, Касс меньше всего думала о любви. Ее интересовал самый простой и незатейливый секс. И даже хуже. Не секс. Совокупление. Они совокуплялись, как животные. Антонио покраснел.
— Антонио, я боюсь.
— Чего?
— Она была здесь, когда… мы этим занимались, — прошептала Касс, затравленно оглянувшись. — Можешь мне поверить!
— Кассандра…
— Она за нами следила. Я это чувствовала. А ты? — И Касс выкрикнула в отчаянии: — Мы были не одни!
— Кассандра, — веско промолвил он, — ты слишком подавлена, тебя мучают горе и вина. Я и сам испытываю нечто подобное, но это вовсе не значит, что с нами здесь была Изабель. Никто за нами не следил!
— Увы, я не могу с тобой согласиться, как бы мне этого ни хотелось! — Касс нервно стиснула руки. — Разве ты не почувствовал запах? Сейчас он развеялся, но еще минуту назад здесь буквально разило фиалками!
Антонио поколебался, но ответил с мрачной решимостью:
— Нет.
— Что ж, может, я действительно слишком подавлена… хорошо, если это так. Антонио, мне нужно кое-что тебе сообщить.
— Я слушаю.
— Когда у Кэтрин начался этот приступ, я тоже чуть не задохнулась. Этот проклятый запах не давал нам дышать…
— По-твоему, это снова подстроила Изабель? — внезапно рассердился Антонио. — Она уже не просто слоняется по дому, но и умудрилась убить твою тетку? Напустила вам в комнату ядовитого газа с запахом фиалок?
— Я и сама не знаю, что это значит… — растерялась Касс.
— Прости. — Он ласково привлек ее к себе и погладил по спине. Она постепенно успокоилась. — Мы все здесь переутомились.
— Это уж точно. Но давай проанализируем имеющиеся у нас факты. Моя тетка скончалась от внезапного сердечного приступа, едва перешагнув порог этого дома. Моя тетка, которая была любовницей твоего отца, умершего в сорок два года. Не своей смертью. И ты ни разу не говорил мне, что твой дед тоже умер не своей смертью — его заколола жена, когда ему было примерно сорок.
— Нет, — побледнел Антонио. — Я об этом не говорил.
Касс с трудом перевела дыхание, прежде чем отважилась задать следующий вопрос:
— Антонио, а сколько лет тебе?
— Тридцать восемь… — Его глаза испуганно распахнулись. — Но какое отношение это имеет… — Он растерянно умолк.
— Я не хочу, чтобы с тобой случилось несчастье! — выкрикнула Касс со слезами на глазах. — Со мной ничего не случится.
— Но здесь постоянно что-то происходит! Твой отец, твой дед, моя тетка… А что, если это имеет отношение и к судьбе Маргариты? — Он снова побледнел от боли, но Касс не сожалела о своих словах. Ей во что бы то ни стало нужно было добиться понимания. — Я уверена, Антонио, что это Изабель была здесь с нами несколько минут назад! Больше того, она была весьма довольна тем, что мы вытворяли! Моя тетка сказала правду! Над нами висит какое-то проклятие! И нам нужно выяснить все до конца! Тетя Кэтрин была уверена, что речь идет о мести.
Они долго смотрели друг на друга, не в силах вымолвить ни слова.
— Изабель давно умерла, — наконец заговорил Антонио. — Даже если привидения существуют, они лишены способности чувствовать и мыслить.
— С каких это пор ты стал экспертом по призракам? — с неожиданной яростью вскричала Касс.
— Я им никогда не был, — смутился он.
— Тогда с чего ты взял, что у них нет способности чувствовать и мыслить? А что, если они не просто рассуждают, а добиваются своей цели? — Антонио продолжал хранить упрямое молчание, и Касс горячилась все сильнее. — Послушай, а вдруг вчера ночью мы видели вовсе на Маргариту? Может, это была Трейси? Или даже сама Изабель?
— Честно говоря, сейчас я и сам не уверен, кого именно мы видели, — признался он.
— Конечно, тетя Кэтрин могла ошибиться. — При мысли о том, что Кэтрин больше нет, у Касс снова хлынули слезы. — Но ведь до сих пор все происходило именно так, как она говорила! Стоит нашим судьбам пересечься, и случается несчастье. Твой отец погиб. Моя тетя умерла. И где моя сестра? Уже почти шесть часов! Почти сутки как она пропала! — И Касс, не в силах больше сдерживаться, закричала в полный голос: — Я не хочу потерять еще и Трейси, понимаешь?
— С Трейси ничего не случится, — утешал ее Антонио, привлекая к себе. — Мы непременно ее найдем. И все мигом объяснится! Это все совпадения, несчастные совпадения!
Ах, как хотелось ему поверить… Но Касс уловила напряженность в его голосе и пытливо заглянула ему в лицо:
— Ты ведь сам в это не веришь, правда?
Антонио ничего не ответил.
— Ты что-то скрываешь! — встрепенулась Касс. — Что?
— Фотографии, — наконец сказал он. — Но я уверен, что и здесь должно найтись какое-то разумное объяснение.
Больше нельзя было откладывать поиски Трейси.
Они обыскали весь дом. После чего дети остались под присмотром Альфонсо, а Касс, Грегори и Антонио начали прочесывать окрестности.
Наступили сумерки, вот-вот станет совсем темно. Касс была на грани истерики.
Они с Грегори поделили территорию вокруг дома, а Антонио на джипе решил проверить дорогу. Касс, спотыкаясь, брела по бесплодной каменистой равнине. Главное — не поддаться панике и рассуждать здраво.
И все равно такое не укладывалось в голове. Трейси не могла просто взять и исчезнуть без следа!