Как Леночка не старалась, как не просилась, но её не перевели в помощь к Наде. Из-за нехватки персонала стоматологический кабинет вообще осталась без медсестры!
После очередного посещения отца, Надя зашла в кабинет к главврачу и спросила:
– Семён Григорьевич, а как я буду работать без медсестры? Мы почему-то с вами не обсудили этот вопрос!
Понимая её беспокойство, он внимательно посмотрел на Надю и, вздохнув, ответил:
– Надежда Анатольевна, персонала в больнице катастрофически не хватает, поэтому, голубушка, начните работать одна, а дальше посмотрим.
Растерянно глядя на него, со страхом и тревогой, Надя проговорила:
– Но есть такие операции, которые в две руки мне просто не сделать!
Семён Григорьевич понимая, что Надя ещё слишком молода, совсем не имеет опыта, ей очень трудно и страшно, поэтому пытаясь успокоить и поддержать её, как можно спокойнее ответил:
– Надежда Анатольевна, не волнуйтесь, на отдельные – особые случаи, будете брать в помощь операционную медсестру – Аллу. Об этом не беспокойтесь, мы не бросим вас на произвол судьбы, во всём будем помогать. На все необходимые операции у вас будут помощники! Только о таких больных я должен знать заранее, чтобы спланировать работу и поставить их в график плановых операций. Вы главное начинайте, Надежда Анатольевна, а постепенно всё рассосётся.
Несмотря на его попытку успокоить её, Надя вышла из кабинета расстроенная. Но делать нечего, эти первые трудности, выпавшие на её долю нужно преодолевать и начинать работать.
Пройдя в конец коридора, к своему свежевыкрашенному белой краской кабинету, и открыв дверь, она увидела двух мужчин монтирующих оборудование. Посмотрев на вошедшую Надю один из них спросил:
– Посмотрите, так будет удобно?
Она подошла к уже установленному креслу, держась за высокую мягкую спинку, посмотрела в окно и ответила:
– Да, хорошо. Спасибо!
Мужчина подошёл к столу и, взяв бумаги, обращаясь к ней сказал:
– Ну, тогда, ещё пара часов и мы всё закончим. Вот бумаги, пока подпишите их у главного врача.
Надя покачала головой и твёрдо ответила:
– Всё сделаете, я проверю, тогда и подпишем. Не нужно спешить, сначала соберите установку.
Мужчина молча посмотрел на неё и, отложив бумаги в сторону, продолжил работу. Она, чтобы не мешать, вышла из кабинета. Ей нужно было зайти к терапевту, чтобы узнать результаты обследования отца.
Ирина Максимовна: очень приятная, средних лет женщина, внимательно посмотрев на Надю своими маленькими, глубоко посажёными глазками, выглядывающими из-под узеньких, как ниточка бровей, отодвинула в сторону чью-то карточку и сказала:
– Проходите, Надежда Анатольевна!
Пододвинув к себе новую, подписанную карандашом, папку подождала, пока Надя опустится на стул и пристально глядя на неё, тихо произнесла:
– Надежда Анатольевна, извините, что приходится говорить вам такие неприятные вещи, но я вынуждена сообщить…
И замолчала недоговорив. Надя, остановив дыхание со страхом замерла, понимая, что сейчас ей сообщат что-то страшное. Где-то далеко в глубине души надеясь, что её подозрения напрасны и у папы не нашли ничего серьёзного. Но слова доктора прозвучали как приговор:
– Надежда Анатольевна, я как доктор доктору хочу сказать вам, что дела у вашего папы не очень хорошие.
Надя с трудом прошептала:
– Что вы обнаружили?
– Надежда Анатольевна, Вы, только раньше времени не волнуйтесь! С сахаром вы оказались правы – скачки до семнадцати. Диабет и сильно запущенный, отсюда всё вытекающее.
Надя, держась за сиденье стула, сжимала его с такой силой, что заломило пальцы. Видя, что Ирина Максимовна уходит от сути вопроса, взволнованно сказала:
– Но это – не приговор! Сахар можно стабилизировать и поддерживать в дальнейшем. С этим можно жить! Что ещё?
Ирина Максимовна вздохнула и с сожалением произнесла:
– Да, Вы, правы! Мне очень жаль, но вторая совершенно не зависящая от сахара болячка уже на много серьёзнее!
– Что, что???
– Слишком поздно вы привели его!
У Нади появиться на глазах слёзы, Ирина Максимовна подала ей бумажную салфетку и ответила: