- В школе я была слепа, - срывается с губ сиплый шёпот.
Сергей поднимает на меня пронзительные светлые глаза.
- Все, что ни делается, к лучшему.
Шумно выдохнув, опускаю веки. Сергей сидит со мной рядом, пока я не засыпаю.
Глава 29. По-настоящему
Сергей
С Илоной у меня остается одно незаконченное дело: тест ДНК. В принципе, я верю, что она беременна от меня, но всё же хочу увидеть доказательства этому. Нахожу в интернете клинику, которая проводит тесты на отцовство на самых ранних сроках беременности. Для анализа требуется кровь из вены беременной женщины и мазок из ее ротового зева.
Я опасаюсь везти Илону в клинику. Среди врачей очень развита коррупция, мне ли не знать. Когда два года назад в нашу больницу пришел новый главврач, он уволил за взятки половину докторов. Вдруг Илона подкупит врача? Кто ее знает. Поэтому я договариваюсь с клиникой, что сам привезу кровь и мазок, а не они возьмут их у беременной.
Собираю в пакет вещи Илоны, которые она оставила в моей квартире, и пишу сообщение, что еду к ней. Она звонила несколько раз в течение недели, я не брал трубку. Не мог заставить себя говорить с ней. Мне и сейчас тяжело к ней ехать. Противно не то, что разговаривать с Илоной, а даже рядом находиться и дышать одним воздухом.
Она открывает дверь не сразу. Мне приходится несколько раз нажать на звонок.
- Привет, - здороваюсь первым.
Илона бледная. Даже не бледная, а серо-зелёная.
- Привет, - сипло произносит.
Не дожидаясь приглашения, прохожу в квартиру.
- Я привёз твои вещи, - ставлю пакет на пуфик. - И мне нужно взять у тебя кровь из вены и мазок изо рта.
- Зачем? - удивляется.
- Для анализа ДНК.
- А. Хорошо, - соглашается.
Илона, пошатываясь, проходит в комнату. Я первый раз у нее дома. Маленькая однушка без особого ремонта. Снимаю верхнюю одежду и прохожу с рюкзаком вслед за Илоной. Она сидит на диване, прикрыв глаза. Лицо покрыто испариной.
- Тебе плохо? - спрашиваю.
Несмотря на ненависть, презрение и отвращение к Илоне, в данный момент я испытываю легкое беспокойство. Невооруженным глазом видно, что ей нездоровится.
- Да, очень сильный токсикоз. Пришлось взять больничный на работе.
- Сколько раз в день рвота?
Я не гинеколог, но знаю, что слишком сильный токсикоз может быть опасен. Бывают случаи, когда с токсикозом госпитализируют в больницу.
- За утро четыре раза была.
Многовато.
- А вчера?
- Я не считала. Но много.
Если у Илоны вся еда выходит обратно, то плод почти ничего не получает. Это плохо.
- Скорую вызывала?
- Нет.
- Но сама к врачу ходила? Как ты больничный открыла?
- Позавчера была в женской консультации, они открыли мне больничный.
Не то чтобы я сильно переживаю за состояние Илоны, но чувствую себя как будто бы должным ей помочь. Только этого мне не хватало - возиться со стервой. Но с вероятностью 99% она беременна от меня. Ребёнок-то не виноват в том, что его мать такая сука.
Вздыхаю.
- Я сейчас возьму у тебя кровь и мазок, а потом вызову скорую. Пускай в стационаре оценят твоё состояние и решат, что с тобой делать.
Молча кивает. Илона выглядит так, будто ее все силы покинули. Прогоняю подальше непонятно откуда взявшуюся жалость и принимаюсь за дело. Перетягиваю Илоне жгутом руку и набираю полную пробирку крови. Затем беру мазок изо рта. На протяжении всех моих манипуляций она сидит с закрытыми глазами и даже не шевелится. Ей правда плохо, это видно.
Вызываю скорую. Решаю дождаться бригаду, хотя любая лишняя секунда рядом с Илоной увеличивает мое к ней отвращение в геометрической прогрессии. Илона ложится на диван, свернувшись калачиком, и смотрит на меня из-под прикрытых век. Мне становится неприятно от ее взгляда, хочется поежиться. Побыстрее бы приехала скорая.
- Тест ДНК покажет, что ребёнок твой, - говорит утвердительным тоном. - Что будешь после этого делать?
- Ничего. А что я, по-твоему, должен буду делать?
- Бросишь своего ребёнка? - спрашивает с укором.
Тихо смеюсь. Илона как классическая стерва решила вселить в меня чувство вины и с помощью него манипулировать мною.
- Буду платить алименты, буду видеться и общаться с ребёнком. Больше я ничего не должен.
- Думаешь, когда ребёнок вырастет, он скажет тебе спасибо за то, что ты присутствовал в его жизни в лучшем случае только по выходным?
- Я думаю, что у тебя не получится вселить в меня чувство вины и уж тем более у тебя не получится мною манипулировать, - отвечаю спокойно, но со сталью в голосе. - Ты в своем гениальном плане Барбаросса крупно просчиталась, Илона. Тебя ждет будущее матери-одиночки. И знаешь, я тебе искренне сочувствую. Ты молодая и красивая, запросто могла бы найти мужчину, который полюбил бы тебя и захотел с тобой семью. Может, ещё встретишь такого. Но с ребёнком это сделать гораздо сложнее. Не каждый мужчина согласится воспитывать чужого. Ты хотела получить мужа и семью, а добилась ровно обратного эффекта. Мне тебя жаль.