Она включила динамики.
- Алло? - раздалось из телефона.
- Мам...
Моронский ещё раз толкнулся в неё, но уже не резко, а мягче, скользя в обильной смазке.
- Да. Соня?
- Мам, ты как? Мне... у меня все... хорошо... - ещё толчок. Соня непроизвольно зажмурилась и закусила губу. Задержала дыхание.
- Я слышу, Соня...
Макс криво усмехнулся и активнее начал вращать бёдрами под Соней.
Вот ведь беспринципный тип! Ничего святого!
- Ну, мааам... - не получилось у Сони протянуть это жалостливо, как в детстве, когда мама обижалась на дочь за не съеденный суп. Получилось простонать. Очень красноречиво.
- Наслаждайся моментом, девочка моя. Судя по всему, от тебя там ничего не зависит, - сказала мама и отключилась.
- Пока... - шепнула Соня в погасший экран.
- Молодец у тебя мама! Умная. Не то, что ты...
Моронский выдернул у неё из рук телефон, откинул. Взял Сонины руки в свои, переплел свои пальцы с ее. Сделал ещё пару сильных движений вверх.
- Теперь подвигайся сама. Ты же в первый раз на мне сверху? Нравится?
Соня чуть поднялась на коленях над Моронским, и аккуратно опустилась до конца, вжимаясь задницей в его бедра. Снова поднялась и опустилась уже смелее. Поерзала вперёд и назад.
- Нравится... - довольно протянул Макс, не дожидаясь ответа.
Он закатил глаза. За руки потянул ее к себе на грудь, подхватил Соню под ягодицы и, как поршень, начал вбиваться в неё снизу вверх, двигая ее за бедра к себе навстречу.
- Ох, хорошо! Охуенно! - пророкотал Макс, не останавливаясь.
Он резко, со шлепком, опустил бедра Сони вниз на себя и с силой прижал.
Это было настолько глубоко, что было бы больно, если бы не было так хорошо! Соне не хватило. Ей нужно было ещё таких движений.
- Ещё... - тихо, несмело попросила она, когда он перестал вжимать ее в себя так сильно.
- Что? - Макс даже голову поднял над подушкой.
- Ещё так сделай, - сказала Соня и покраснела.
Макс криво усмехнулся.
- А волшебное слово?
- Пожалуйста, - сгорая от нетерпения выстонала она.
- Пожалуйста что?
Он издевается?
- Пожалуйста. Сделай. Так. Ещё.
- Сделать как?
- Трахни меня, Моронский, я больше не могу... - не выдержала Соня.
- С-с-сссскка! - выдавил сквозь зубы Макс и поднял Сонин зад над собой. Резко опустил и придавил. Поднял опять и снова с силой насадил на себя и прижал. И когда она начала сжиматься вокруг него, ускорил темп. Соня вскрикнула. Макс, не сбавляя скорости, не останавливаясь ни на секунду, обхватил правой рукой Сонино горло и чуть отстранил от себя, чтобы они могли видеть друг друга. Она уже сама двигалась на нем, крутила бёдрами в агонии, повинуясь древним, глубинным инстинктам самки.
Грудь Макса тяжело вздымалась. Челюсть сжалась, на лбу проступили капли пота. Губы приоткрыты. Брови домиком.
Вдруг он замер. Запрокинул голову. Вены на шее вздулись. Макс выгнулся, притянул Соню за горло к себе ближе и она увидела, как лицо его за мгновение меняется. Вот, только что ему, как будто, было плохо, а сейчас уже нереально, крышесносно ХОРОШО!
Соня рухнула ему на грудь, уткнулась носом в шею, вдыхая его запах и подрагивая.
- Отличное начало дня! - сказал Моронский, отдышавшись, и пустил руки бродить по Сониной спине.
- Моронский, какое начало? Солнце садится, - пробубнила она ему в шею.
- У меня, когда я встал, тогда и начало.
Когда Соня вышла из ванной, завернутая в полотенце, Макс сидел на краю кровати, напротив стеклянной стены. Мощная спина его чернела на фоне вползающих в комнату сиреневых сумерек.
- Макс, - тихо позвала Соня.
Он обернулся.
- Ты не хочешь поговорить о том, что вчера было?
- Это о чем? Что было вчера?
- В шафране...
- А это... - отмахнулся он, - нет, не хочу. Я уже все обсудил с твоей задницей. Надеюсь... - он сощурил глаза, - Очень надеюсь, что она меня поняла.
Соня поджала губы. Оправдаться не получится. Да и это было бы глупо.
Макс поднялся с постели, медленно, походкой тигра двинулся к Соне. Подошёл вплотную. Стянул полотенце. Взял за плечи, развернул к себе спиной и толкнул на кровать.
- Мааакс... - попробовала возразить она, сомневаясь, что выдержит ещё одну атаку.
- Ш-ш-ш, - прошелестел он ей в ухо, - не трону, расслабься. Лежи смирно.
Он куда-то отошёл, но быстро вернулся. Что-то щёлкнуло. И через секунду Соня почувствовала на своих ягодицах что-то влажное и прохладное, а затем и ладони, осторожно размазывающие это что-то по ее попе. Запахло чём-то косметическим, весьма брутальным.