И! В обоих ушах по золотому маленькому колечку.
Ну, почему он такой охренительный?!
Соня сделала крупный глоток шампанского. «Пусть игристое хоть в голову ударит, что ли...» На трезвую смотреть на него невыносимо!
Принесли устрицы на большом плоском блюде, на подушке изо льда с дольками лимона. А Соня даже не заметила, продолжала смотреть на Моронского.
- Любишь? - его вопрос застал врасплох и Соня вздрогнула.
- Кого?
- Устрицы! - сказал Макс и усмехнулся.
- Не знаю, - пожала она плечами, - никогда не пробовала.
- Чё, серьезно? Тогда пробуй скорее, пока они живые!
Он взял с блюда моллюска, обильно выдавил на него лимон, и всосал, причмокнув.
- Это «Марен Олерон». Доставляют прямо из Франции. Очень нежные по структуре, у них насыщенный сливочный вкус и восхитительное послевкусие. - он подмигнул, и Соне показалось, что он вовсе не про устрицы сейчас. Возможно, просто показалось.
- Бери в левую руку. Полей лимоном и глотай, - наставлял Макс. - Круче всего проглотить моллюска одним махом, вместе с соком. Ну, давай!
Соня сделала, как он сказал. Полила лимонным соком. Зажмурилась и вылила содержимое раковины в рот.
Устрица не хотела проглатываться. Вообще. С трудом пропихнув в себя скользкий комок, Соня проворчала:
- Фу, гадость. Скорее дай запить чем-нибудь...
- На, вот шампусику хлебни! - он подал ей бокал.
Соня сделала два больших глотка. Моронский тем временем взял ещё одного моллюска и проделал с ним все то же самое, что с предыдущим.
- С устрицами, Соня, как с минетом! Сначала почти никому не нравится, зато потом за уши не оттащишь!
Соня бросила на него хмурый взгляд.
- Прошу, пожалуйста, не начинай, а! Нормально же сидим, общаемся. Не порть мне ещё одно свидание.
Моронский застыл с очередной устрицей у рта. Что-то как будто хотел сказать, но передумал.
Соня решилась попробовать вторую. Эта устрица уже легко проскочила. На этот раз она даже смогла почувствовать вкус. Да, что-то сливочное. И свежее, какое-то, морское послевкусие. Соня потянулась за следующей.
- Ну, что я говорил? Главное распробовать. - он проглотил ещё одну. - Не знаю, зачем вообще эти свидания? - вдруг проговорил Макс.
- Чтобы узнать человека. Стоит или не стоит продолжать общение.
- СтоИт или не стоИт - это и так всегда понятно с первых же секунд.
- Ну, чтобы понравится друг другу. - Она пожала плечами.
- У меня этот вопрос тоже решается быстро.
- Но со мной-то осечка вышла.
Он опять как-то странно долго посмотрел на Соню. Глотнул из бокала виски.
- Слушай, я кретин! - вдруг сказал Моронский и поднял глаза на девушку. - Я, кажется, понял! Тебе вся эта мишура нужна, да? Свидания эти, кино, рестораны, прогулки под луной, долгие разговоры, ваниль, короче?
- Я оценила твою самокритичность, но нет, Моронский, ты опять ничего не понял.
- Ну, так объясни!
- Когда ты не пытаешься играть в мудака-ловеласа, ты даже на нормального человека становишься похож. И даже немного нравиться мне начинаешь.
- Сонь, я не играю. Я такой и есть! - тихо сказал Макс и пристально, серьезно посмотрел Соне в глаза. - Или ты хотела бы, чтобы я прикинулся пай-мальчиком и вёл тебя в свою койку долгим, извилистым путём вранья? Поверь, всем мужикам, так или иначе, нужно одно. Просто кто-то привык прямо об этом говорить, а кто-то, как твои кавалеры - играть в рыцарей печального образа. Ты вообще не понимаешь, какое впечатление производишь на мужиков! Любой из присутствующих здесь мысленно уже раздел тебя и поимел во всех позах. Хороший мальчик или плохой - все, в сущности, хотят одного - трахнуть тебя.
Ну все, пропал вечер. Стоило ему только затянуть свою песню, как Соню начинало скручивать и мелко трясти.
- А ты ревнуешь что ли? - спросила она только, чтобы не молчать.
- Ревность - это эмоция, Соня. Я не трачу время на бесполезные рефлексии. Я руководствуюсь двумя моментами: хочу или не хочу. Сейчас я решил, что не хочу, чтобы этот или какой-то ещё задрот планировал потыкать своим членом в твою розовую, красивую киску.
Снова к горлу подкатила жгучая волна смущения и перекрыла кислород. Она закусила щеку с внутренней стороны и огляделась по сторонам, не мог ли кто-нибудь из присутствующих их слышать.