- Мы же перетёрли с тобой... - вспыхнул тот.
- Да ладно, - перебил брата Каха, - Мор, заканчивай цирк. У нас джентельменский договор был. Конкретные сроки зафиксировали. Всё на мази было...
Макс обернулся. Он знал, что раз в дело вступил старший Ознаур, нужно всегда держать пару козырей в резерве. Их у Макса для Кахи как раз два и было. Но выбрасывать их сейчас, означало - спалить всю обойму в воздух.
Рано.
- Когда сроки обсуждали, вы мне про клуб ничего не сказали. И было очень неприятно узнать это от моих ребят. Сразу, как-то, градус доверия к моим восточным друзьям упал.
Макс обвёл всех троих взглядом: Джамаль раздраженно крутил перстень на мизинце; лысый тёр на шее протекторный след от башмака Моронского; Каха вертел и мял в пальцах сигарету.
- Так что, - снова заговорил Макс, обращаясь к последнему, - моя доля - ровно половина, до конца месяца должна быть у меня. Не будет бабок - заберу эту чайхану себе. По поводу остальной суммы уже с пацанами договариваться придётся. А они, повторюсь, ждать не любят.
Макс щёлкнул зажигалкой перед носом у Кахи и держал открытое пламя до тех пор, пока тот, все-таки, не прикурил. Резко, захлопнул крышку так, что Каха вздрогнул и моргнул.
- Зря ты... Мор, - услышал он уже на пути к выходу, - не стоит ОНА того, чтобы портить со мной отношения.
Макса покоробила эта фраза, но вида он не подал. Каха блефует! Моронский ничем себя не выдал, чтобы принимать угрозы уязвлённого противника всерьёз.
- Миша, алаверды! - сказал Моронский входящему в комнату невысокому, поджарому мужику в костюме, и сам шагнул за порог.
Дальше ребята без него разберутся.
Эти марамойки не сидели в машине, наглухо запертые, как он велел сделать охране, а находились возле нее. Полуголая шмакодявка сидела на кортах, низко опустив голову. А эта... в розовом гандоне, стояла рядом, протягивая ей бутылку воды и что-то тихо втирала ей.
- Не захотели садиться в машину, - пояснил Славик, когда Макс подошёл ближе, - сначала блевали в кустах, теперь вот, воздухом дышат.
- Перед смертью все равно не надышатся! Полей! - он подставил руки и Слава полил ему в ладони из бутылки. Макс плеснул пару пригоршней себе в лицо и растёр.
- Что пили? - рявкнул он, вытирая лицо краем футболки.
- Ш... Шампанское, - тихо ответила Соня, не поднимая на него глаз. - В нем что-то было. Мы его вырвали.
- Ели?
- Виноград только немного, - проблеяла девчонка.
- Нельзя было. Если дурь попала а желудок - есть нельзя.
Он снял с себя куртку.
- Прикройся! - процедил Макс, надевая ее на Соню.
Она продела руки в рукава и обхватила себя, низко опустила голову и шмыгнула носом.
И Моронского вдруг переклинило! Захотелось убить эту дуру и одновременно сжать в объятьях, прижать к себе сучку, пожалеть, успокоить. Стоит - трясётся вся, шатается на коблах своих...
- Ну чё, Орлова?! - Макс тряхнул Соню за шкирку, - Давно не косячила? Кто тебя надоумил на это мероприятие?
Он бегло смерил взглядом Корнееву, сидящую возле колеса Мерина и тыкнул в неё пальцем:
- Твоя идея была? Это ты ее притащила сюда?
Девчонка бессильно склонила голову, каясь.
Макс шумно втянул воздух. Похлопал себя по карманам брюк, понял, что забыл сигареты дома.
- Эту я забираю, - сказал он охране и ещё раз тряхнул Соню. - Эту - он кивнул на шатающуюся, словно китайский болванчик, подружку, - можете вывезти в лес и выебать с двух сторон, а то у неё сорвалось сегодня! Потом скажете, что так и было, все равно на утро ни черта не вспомнит! - Славик с Игорем синхронно уронили квадратные челюсти на асфальт и переглянулись с дебильными ухмылками.
Пигалица хоть и была бухая в муку, а смысл слов до неё дошёл. Хрюкнула и выдула пузырь ноздрей.
- М... Ма-к-аксим Андреич... - икнула и замолчала, хлопнув вразнобой ресницами, с которых тушь давно ссыпалась в подглазья.
Срамота. Панда, блять.
- Какой я тебе Максим Андреич, дебилка?! Вы с Орловой до сих пор не вкурили, что большие бородатые дяди вам не феи-крёстные?
- П-прос-ти... ти-те нас, п-жал-ста, мы больше так не... не будем. Я не знала...
- Конечно, блять, не будете! Одна под домашний арест со всеми вытекающими. Ты - в деревню к бабушке, в Калачи. На неделю. Чтобы духу твоего в городе не было! Поняла?
- П-поняла.
Он открыл заднюю дверь автомобиля и впихнул Соню в салон. И прежде чем залезть следом, обернулся к охране и сказал:
- Про выебать в лесу - шутка, если что! Домой ее отвезите. Завтра я решу, что с ней делать. Толя, домой, - велел он водителю и захлопнул дверь.