Эмирша вдруг вскочила на ноги – Даже если бы я побежала к шейху, он бы меня послушал? Мне. девушка!? Женщина, у которой нет прав! Меня даже формально считают мамой! Меня никто не спрашивал, хочу ли я выйти замуж за манси, и тебя не спрашивали! Что бы изменилось, если бы мы оба упали на колени перед Господом?!
Она кричала, ходила кругами, махала руками. Ее тон был необщительным. Однако сейчас меня беспокоило не это. Она была абсолютно права. Даже если бы мы за наших детей скрежетали зубами на всех, вряд ли что-то изменилось бы. Своим протестом мы только усугубим ситуацию. Нашей Мансе повезло, ее насильно выдают замуж, но она первая девушка, которую насильно выдают замуж? В какой-то момент Эмирша вдруг замолчала – Что она просила взамен? Она не просто так начала нам помогать, тебе, нашей дочери? Деньги, золото, драгоценности, чего она хочет, скажи мне!?
- Ничего - без капли лжи - Единственное, о чем она просила, это как можно скорее подписать с ними контракт и отправить их домой. Я пообещал Ханым, что если ей удастся убедить шейха не выдавать нашу дочь, я немедленно подпишу с ней контракт и отправлю их домой, в свою страну, на своем личном самолете. Всемогущий свидетель, я сомневался в Ларисе, не верил, что у нее получится. Я подумала, что она шутит, когда сказала: «Я уговорю шейха одуматься», я ей тогда не поверила! Я думала, она, как и все женщины, бросает слова на ветер. Но когда Шейх объявил об изменении своего решения, я в первые секунды не поверил своим ушам, не мог поверить, что ей это удалось! Представляешь? Она женщина! Женщина, сумевшая убедить нашего Шейха! Ни одной женщине за все время существования Турана не удалось убедить Шейха! Я сдержу свое слово. Я подпишу их контракт, не раздумывая.
Глаза Басура сузились – Ты с таким восторгом говоришь о ней. Маджид, она тебе нравится? Ты хочешь быть с ней? Ты мечтаешь о ней? Ты пригласил ее на тот ужин не просто для примирения, ты хотел провести с ней ночь! Переступил ли ты свою ненависть, полюбил ли ты другую веру? Ответь мне честно, ты хочешь ее в жены?
В ней говорила ревность или страх потерять мое расположение к ней.
- Хотите услышать честно? - Эмирша едва кивнул - Хорошо, отвечу как есть. Ты, наверное, сам догадался, что я давно потерял к тебе интерес. Мои чувства к тебе давно остыли. Ты стал другим. На эти слова я уже услышал ответ, что я сам во всем виноват. Может быть это. Возможно, это отчасти моя вина. Однако мы оба виноваты во всем. Вы отвернулись от детей прямо с рождения. Хатиру, я тоже вызвал к себе сразу после рождения, впрочем она не оставляла Илькина без присмотра, она никому не позволяла лишний раз коснуться нашего сына. Ей всегда хотелось чувствовать его прикосновения, запах, смех, улыбку. Вы отрезаете себя от материнства! - Эмирша с трудом сел в стоящее рядом кресло - Лариса, похожая на тебя. Такой же упрямый, смелый, своенравный. Я хочу приручить ее, как хотел приручить тебя! Я хочу чувствовать ее запах, нежность ее кожи. Я хочу быть в нем и зачать сына! Я была уверена, что ты с твоим упрямым характером сможешь родить сына. Где-то слышала, что своенравные женщины легко рожают сыновей. Хатира не была такой как ты, она была похожа на Шахназ, наверное именно поэтому я обратил внимание на Шахназ, впрочем она родила мне сына. Я вполне уверен, в том что, Лариса с легкостью родит мне сына, даже не одного
— Если я тебе скучен, противен, почему ты меня еще терпишь. Почему ты все еще здесь? Ради детей? Вы столько раз говорили, что найдете замену детям, новую маму. Но я до сих пор этого не сделал.
- Я знаю, каково расти без матери. И ты прекрасно знаешь это чувство, - перебил он ее, - я не эгоистичен, чтобы сделать своих детей сиротами при живой матери. Что касается тебя, то я всегда надеялась, что ты изменишь свое отношение к детям. Возможно, после наших разговоров об этом вы, наконец, вспомните о своей ответственности перед дочерьми. Басуро, через шесть лет, наша манси, переедет жить в дом мужа. Как только манси назовёт Татула своим мужем, она перестанет для нас существовать. У нее новая семья! Ты отталкивал ее от себя на десять лет, так сумей за шесть лет стать для нее матерью! -Басура утвердительно кивнула, она должно быть поняла всю мою правоту -У тебя есть шесть лет, чтобы научить ее быть настоящей женой для своего мужа. Я уверен, что Татул хороший мальчик. Сейчас он подросток, я понимаю, что для любого ребенка этот период сложный. Он теперь подобен глине, из которой можно слепить все, что пожелаешь. Орхан вряд ли забудет о нашей вражде и настроит своего сына против манси, против нас. Молите Всевышнего, чтобы Татул остался таким, какой он есть сейчас, хорошим парнем! - Я встал, Басура тоже встала со стула - Научите нашу дочь всему, что должна уметь женщина.