-Вот и делай после этого добро, человеку -огрызнулся Антон -Такие люди, как Маджид, никогда не изменятся. Они никогда не будут другими. Ладно, Лариса, пойдем скорее к шейху. Ведь я не останусь здесь ни на секунду! Хватит с нами приключений!
Маджид. Дурак, дурак! Куда я пошел! Я перестарался с палкой, ох, я перестарался! Я не хотел, чтобы на этом все закончилось! Зачем я ей рассказал про наложниц, про их продажу, зачем я ей все рассказал! Дурак! Я опять забыл, Лара не из моих наложниц, она даже не турчанка, она иностранка, иностранка! Почему я рассказал ей о"долг", почему он сказал «Ты мне должен!» Зачем я вообще все это сказал! Нет, я хотел как лучше! Я хотел, чтобы она знала обо мне правду, чтобы между нами не было никаких тайн до того, как мы поженимся! Я вообще не знаю, не умею разговаривать с такими женщинами, как Лариса. Лариса совсем другая, не похожая на бесхребетных наложниц моего гарема. В какой-то момент я перешёл черту, когда? Какой момент? Лариса не терпела оскорблений в свой адрес, решила высказать мне все, что думает обо мне. Это было оскорбительно, очень. Никто никогда не говорил со мной так смело, никто не смел указать на мои ошибки. Никто не тыкал носом в мои ошибки. Подождите, почему никто? Недавно Басура сделал это. Я вспомнил все свои обещания, которые я «выполнил», точнее, не выполнил. Маджид, почему ты не промолчал, почему ты ответил на ее агрессию! Дурак! После всего услышанного Лариса точно не согласится быть со мной. Я увидел, что она готова согласиться на мое предложение. Одно слово, одно неудачное слово все испортило. Самое страшное, самое ужасное, что Лара может выполнить приказ Орхана, она действительно может просить Шейха о браке Татула и манси. Женщина, которую сильно разозлили, оскорбили, смешали с грязью, способна отомстить черными способами. Так было и с Басурой. Моя вторая жена чуть не убила одну из наложниц моего гарема, когда разозлилась на меня. Я простил Басури, ведь она тогда носила Найру. Могу ли я тогда наказать Эмиршу? Нет. Я только закрыл на это глаза, только пригрозил, что не прощу ее во второй раз. С тех пор Басура обошёл всех моих любимцев по десятой, сотой дороге. Мехмет прервал наш спор. В глубине души я ему за это благодарен, неизвестно насколько, мне бы еще пришлось выслушать гнев Ларисы. Из слов Мехмета я узнал: Шейх, наверное, уже знает обо всем, о похищении Ларисы, может быть, даже о моем случайном убийстве слуги Орхана. Я вышла из спальни, разрешила Ханам переодеться в рабочую одежду для Эмирша, потому что блузка Ларисы была безжалостно разорвана, а идти в гостиницу переодеваться там нет времени. Нехорошо Господу ждать. Девушка переодевалась не долго, я всегда считал, что женщинам нужно от силы полдня, чтобы одеться, я судил об этом по женам, однако Лариса оказалась на удивление расторопной. Когда переводчик вышел из спальни, я вошел. Мне тоже нужно переодеться, я не могу предстать перед шейхом в мятой и потной одежде. Лариса не хотела ехать в моей машине, а Антон смотрел на меня как на врага. Похоже, она рассказала своему Представителю о нашем разговоре, пока я ждал в коридоре, после прихода гонца из дворца Шейха. Представители уехали в машине Мехмета, которую он оставил во дворе у моего дворца. По дороге в Довлат я молчал. Атмаджа не спросил меня, почему я уважаю его. Слуга знает, когда спросить, а когда промолчать. Жаль, не все люди такие, как Атмаджа. В доллат мы прибыли довольно быстро, возможно потому, что очень спешили, я понимал, сейчас каждая минута важна для нас. Вот почему я не хотел заставлять Шейха ждать нас. Когда мы: я, Мехмет, Лариса, Антон вошли в тронный зал, увидел Шейха сидящим на своем троне. Это меня немного удивило, обычно Повелитель Турана лежит на ложе слева от тронного помоста. На этой должности он обычно решает все государственные дела. Лицо Правителя было направлено вперед, на массивную дубовую дверь, через которую мы прошли. По правую руку от шейха стоял Орхан Уруз. Итак, я ни в чем не винил Мехмета. Паша, не из тех людей, кто сразу побежит докладывать о чем-нибудь Повелителю. Он сначала попытается это сам решить, а уже тогда решает, рассказывать или нет. Я с другими опустились на одно колено перед Повелителем. Мужись Маджиде, сейчас будет жарко
Орхан. Все произошло в ускоренном режиме. Маджид влетел в мою спальню. Убит Физули. Он взял Ханым без сознания, чуть не убил меня. Представитель также хотел моей смерти. Я понимал, что действовать нужно очень быстро. Я должен перебить всех на свою сторону, обойти, обогнать Маджида! Прежде чем начать действовать, я должен застраховаться. Надо быстро придумать историю, правдоподобную ложь для Шейха! Я знаю, что это очень рискованно, опасно, смертельно для меня, но ничего не поделаешь, надо действовать! Когда начать? Из чего!? От Татулы! Все началось с этого дурака! Я нашла этому дураку невесту, и он начал проявлять свой характер! Подлец, предатель! И я завещал ему свою должность? Неужели именно его я собирался посадить в кресло эмира? Стыд! Боже всемогущий, почему все мои дети, как дети, всегда делают то, что я им приказываю! А этот не такой! Может быть, он не мой сын? Хм, надо проверить эту версию. Вдруг его мать изменила мне с кем-то? Если это так, то понятно, почему Татул не похож на меня по характеру! И почему я обратился к шейху с просьбой? Он мог все устроить сам! Пока я разговариваю с сыном, слуги приберут спальню, уничтожат следы преступления, уничтожат тело Физулы. Останавливаться! Нет, не надо ничего разрушать, вдруг Шейх захочет проверить истинность моих слов, моей легенды? Пусть все останется как есть! Единственное, что мне нужно сделать, это привлечь сына на свою сторону и позволить ему попытаться ослушаться меня!