Я очень удивился что она так легко со мной разговаривает, и на такие личные темы, не грубить, не ёрничает.
- И что, к тебе никто не пристаёт?
- Конечно приставали, и сейчас пристают. Но большинство из них, мне не особо нравились или нравятся. Для меня важно чтобы я любила. Важна симпатия. А просто так, для галочки, статуса, мне не нужно.
Её русые волосы были уложены в небрежный пучок на макушке, она потянулась и стянула резинку, копна волос упала по обе стороны её плеч.
- А теперь моя очередь. Почему ты такой?
Что? Я не очень понимал, что именно она имеет ввиду.
- Ты о чём?
- Почему ты вот такой?! - она показывает на меня рукой. - Плохой, бабник. К тебе что, в детстве плохо относились?
- Что? - я поражаюсь с её предположения. - Я вырос в вполне счастливой семье. Меня не били, не издевались. Если ты это имела ввиду. Папа не изменял маме, а мама ему, по крайней мере я этого не знаю.
Она внимательно слушала меня, делая какие-то свои выводы по меня.
- А что тогда могло случится с тобой? После чего ты стал пренебрегать девушками?!
- Я ими не пренебрегаю, я просто пользуюсь тем что мне предлагают. Вот и всё.
- Так ты просто избалованный!
Как констатация факта, прозвучало из её уст.
Я встаю с дивана давая ей намёк, что не хочу говорить дальше на эту тему.
- Я выйду покурю. Кажется дождь немного уже стих.
- Хорошо. - равнодушно отвечает она, вставая следом за мной.
- А ты куда? - она что будет идти за мной на улицу.
- В туалет.
- И?
Она обвела взглядом небольшую комнату.
- Ты не забыл что мы находимся в деревне? И туалет тут находится на улице.
- Ааа. - я поджал свои губы и поднял брови вверх. - Тогда желаю тебе удачи.
Кристина скорчила обреченную рожицу, и направилась за дом как только мы вышли на улицу. Для городского человека очень трудно ходить по нуждам на улицу.
Когда она скрылась из виду, я достаю пачку сигарет с переднего кармана джинс, закуриваю сигарету.
В деревне так оказывается хорошо. Чистый, свежий воздух. Тишина, только иногда слышится звук капель которые стучат по крыше и Кристины. Что?
Опять ко мне доносится звук, как она в ужасе кричит. Я выбрасываю не докуреную сигарету на землю, и бегу в сторону крика.
Из-за угла выбегает испуганная Лаврова и бросается мне в объятья.
- Что случилось? - пытаюсь понять из-за чего она так напугана.
Она поднимает на меня свои огромные как океан голубые глаза наполненные ужасом.
- Там… там, большой… - она заикается и крепче обнимает меня за талию, впиваясь своими ногтями мне в кожу.
- Ну что? Что там? - я уже сам обеспокоился что могло её так напугать.
- Паук. Очень большой паук.
Тьфу ты. Я облегченно выдохнул.
- Из-за этого у тебя истерика, на всю деревню?
- У меня фобия. Я панически их боюсь. - почти заикаясь проговаривает она, трясясь всем телом. - Можешь его убить? Пожалуйста.
Она с такой мольбой посмотрела мне в глаза, что в этот момент я был готов на всё, о чём только она попросит.
- Конечно. - я поглаживал ей спину чтобы она немного успокоилась.
Кристина уткнувшись носом мне в грудь продолжала стоять крепко обняв меня. Тепло её тела и аромат шампуня ударял мне прямо в нос. И я осознавал что простой здесь ещё некоторое время, у меня просто поднимется стояк, который тут как раз некстати, так что нужно что-то делать.
- Хорошо, всё уже хорошо. Ты иди в дом, а то заболеешь. А я пойду убивать твоего обидчика.
Она молча согласилась и убежала в дом. А я отправился брать грех на душу, убивать бедного паука.
Кристина
На утро мы с Германом попрощавшись с бабулей, выехали в сторону города. Мне было очень неловко ехать с ним в машине. Я стала слишком нервничать и не комфортно себя чувствовать рядом с ним. Может причиной стало то, что я стала ближе узнавать его. И он становится всё менее мне противен, а больше симпатичным? А может причина в том, что он не такой как кажется на первый взгляд? Вчера он даже прибежал ко мне на помощь, успокоил меня. А ночью поступил по джентельменски, лёг спать в раскладное кресло. У бабушки не много места было. Я устроилась на диван, а Герман ютился в маленьком кресле.
Украдкой я посмотрела на него, на то, как он ведёт свой автомобиль. В моем животе как будто что то сжалось. Меня завораживала манера его вождения, плавно, грациозно, как лев на охоте. Его крепкие руки ловко переходили с рычага передач на руль, потом обратно. Дорогие часы на его запястье, каждый раз бросали блики, от чего мне хотелось постоянно смотреть в его сторону.