-Амалия. Я люблю тебя. Мое сердце на веке принадлежит тебе. Чтобы не произошло, помни это, и никогда не сомневайся во мне.
Томас чувствовал терзания своей пары. Но не мог помочь ей до той поры, пока она не научится ему доверять.
-Я…-Начала девушка, и замолчала, подбирая слова. – Моя сущность ликана…- Амалия подняла глаза, полные слез на Тома. – Я превращаюсь в чудовище, Том. В то существо, которым был мой отец. Я постоянно чувствую злость и жажду. Непонятное мне желание. Прошлой луной, на охоте, я отчаянно хотела броситься в погоню за молодой самкой. Понимаешь? Я хотела ее убить. Убить, Том.
Амалия разрыдалась, бросаясь в объятия своей пары. Сейчас ей так необходимо было его тепло. Его любовь. Вера в нее. В них.
-Я подавляю это в себе, всю свою жизнь я училась бороться с внутренним зверем. Я думала, что приручила свою волчицу. Но она сильнее меня. Ее желания стали жёстче, яростнее. До сих пор я подавляла ее. но ты…я…-Амалия отвела взгляд в окно . Ей было страшно признаваться в том, что она убьет одного из членов стаи Томаса. Глубоко вздохнув, она все же решилась. - После моего проигрыша, Я убью Литисию. Она каким-то образом обойдет связь пар, и…Ваш поцелуй. Та страсть, что будет между вами. Это будет последней каплей, и тогда моя волчица победит. Лакран, станет ликаном. Сильным, мощным.
Томас смотрел на Амалию и не верил ее словам. Он никогда не сможет прикоснуться к другой самке. Сама мысль об этом вызывала в нем злость и отвращение.
-Ты видела, каким образом Литисия обойдет связь? Я никогда не слышал, чтобы истинную пару можно было разрушить. Это нерушимая связь.
Амалия пожала плечами, вытирая слезы на своих щеках. Томас наклонился и поцеловал ее со всей той страстью, что испытывал к ней. Сжав свою маленькую пару в объятиях, он прошептал:
-Мы все выясним. Я никогда не позволю превратиться тебе в ликана. Веришь мне?
Амалия шмыгнула носом и слабо кивнула головой.
-Ты навсегда останешься моим маленьким лакраном. Той, кому я подарил свое сердце. И никто не сможет отнять его у тебя. Я люблю тебя.
Амалия теснее прижалась к груди Тома.
-И я люблю тебя.
Темные коридоры наводили ужас. И хотя, зрение оборотня позволяло Литисии не натыкаться на предметы вокруг, ощущение опасности, сводили сума. Она уже жалела, что решилась на этот шаг. Но выбора у нее не было. Литисия видела с каким обожанием Томас смотрел на свою пару. Без Стефанно ей не разорвать связь истинной пары. Девушка понимала, что за это ей придется заплатить дорогую цену. Слишком дорогою, по ее мнению. Но ей был нужен Томас, а значит, она пойдет на все, ради него.
Мужчина, что сопровождал ее, резко остановился, и Литисия чуть не врезалась в его спину. От чего тот зашипел на нее. Девушка тут же отшатнулась, вжавшись в стену.
-Не прикасайся ко мне, волчица! Если не хочешь потерять конечность.
Литисию снова затрясло от той силы, которой давил на нее мужчина. Она была в ужасе. Но ей срочно нужно взять себя в руки. Тот, кто находился за этой дверью, был в тысячу раз сильнее и ужаснее.
-Стефанно ждет тебя. Но знай, одно лишь слово, и ты превратишься в пыль.
Литисия кивнула, и обняв себя за плечи, дернула ручку двери. Комната в которую она шагнула, была погружена в полумрак. Отовсюду доносились стоны наслаждения, и были слышны соответствующие звуки. Литисия старалась не глазеть по сторонам, а лишь исподлобья огляделась, находя того, к кому пришла. Высокий стройный мужчина сидел на небольшом диване. Длинные белые, словно снег, волосы были распущены по его плечам. Шелковый черный халат распахнут, демонстрируя поджарую фигуру. Кожаные штаны плотно облегали, не скрывая достоинств мужчины. В руках Стефанно держал бокал. Он лениво смотрел на кожаный диван, на котором двое занимались сексом. Казалось, что Стефанно полностью поглощён созерцанием этой пары, и не замечал Литисию. Но это было не так. Девушка почувствовала, как ее голова стала тяжелой, а веки начали закрываться. Перед глазами замелькали картинки, от которых девушка тут же покрылась испариной. Тот же диван, но теперь на нем были она и Стефанно. Литисия сжала кулаки, пытаясь сопротивляться.
- Неужели тебе не нравится? –Услышала она рядом. Голос мужчины был тягучим и сладким. Он опутывал, подчинял.