Встав с кровати, девушка потянулась. Достав из шкафа кофту с довольно открытым декольте, и весьма короткую юбку. Она распустила свои волосы. Альфа должен видеть ее всю. Он будет сходить от желания от ее аромата. Осталась лишь малость, она должна победить Амалию и тогда, Амалия будет полноценной луной стаи.
Открыв дверь, она буквально уткнулась носом в грудь Томаса. Отчего голова тут же пошла кругом, а волчица внутри заскулила, требуя немедленно пометить альфу.
-Альфа. – Голос Литисии был тягучим и хриплым, от переполнявшего ее возбуждения. Она заметила, как Том втянул воздух, и как загорелись его глаза. – Ты что-то хотел?
Волк Томаса сходил сума от аромата, исходившего от этой самки. Он сам не понял, как оказался перед ее дверью. Казалось, что в один миг он сидел у себя в кабинете, изучая информацию о тремерах, в другой, он уже стоял перед дверью Литисии. Запах ее возбуждения, словно раскаленная лава бурлила внутри него. Волк призывал немедленно взять и пометить самку, что считал своей. Но человеческое «я» было в ужасе. Он любил и желал лишь одну девушку, Амалию. Томас буквально ломал себя, приказывая своему волку заткнуться и убраться подальше. Он никогда не коснется другой. Они выяснят в чем дело, и если понадобиться, то Том был готов пожертвовать всем, ради Амалии, даже своим зверем.
Глава 17
Литисия жадно вдыхала воздух. Аромат, исходивший от Томаса, дурманил ей голову, отключая все мысли, оставляя лишь звериные инстинкты. Волчица царапала кожу, в попытке добраться до желанного самца. Но Литисия сдерживала ее. Она должна заполучить не только волка, но и человека. И судя по тому, как гневно сверкают глаза альфы, это будет куда сложнее. Девушка не понимала. Тремер обещал ей, что альфа будет ее, что их с Амалией связь будет разрушена. Но глаза Тома говорили другое. Его человеческое «я» сопротивлялось.
Литисия решила действовать чисто по-человечески. Чуть одернув майку, тем самым оголяя декольте, она распрямила спину, и откинула волосы на спину. Улыбнулась, услышав, как шумно сглотнул мужчина.
-Альфа? – Как можно более томно, повторила свой вопрос, наивно хлопая ресничками.
Томас зарычал. Ему было отчаянно сложно бороться со своим зверем. Со своими инстинктами, что кричали о том, что эта самка их, и они должны ее пометить. Сжав кулаки до хруста, он прорычал:
-Как ты это сделала?
Литисия слегка опешила от этого вопроса. Инстинктивно, она сделала шаг назад, и склонила голову в подчинении. Гнев альфы был ужасен, даже не смотря на все то влечение, что он к ней испытывал.
Девушка отчаянно соображала, что же ей ответить, понимая, что не сможет соврать альфе. За обман, он может просто вырвать ей сердце, и будет в своем праве. Но…
-Я сделала то, что должна была! –Набравшись смелости, ответила она. Поднять взгляд, Литисия так и не решилась, поэтому ее бравада была не столь убедительна. – Эта девка не пара тебе, Том. Все это видят. Она дочь ликана, и лишь вопрос времени, когда проснется ее сущность и выпотрошит нашу стаю. Наших щенков.
Томас хотел было угрожающе зарычать на непокорную волчицу, но его зверь, высунув язык, вилял хвостом, соглашаясь с ней.
-Ты….-Зашипел он, хватая Литисию за горло. – Как только я выясню, как ты это сделала, я убью тебя. Ты привела в мой дом тремера. Ты дала ему разрешение на вход в нашу стаю. Литисия, чем ты думала!
Литисия сжалась, воздуха отчаянно не хватало, и она вцепилась в руку Томаса. Умом девушка понимала, что, возможно, совершила большую ошибку, и что расплата будет куда хуже той, что ей придется заплатить. Но ее сердце…оно кричало о том, что только она может быть истинной луной стаи.
-Я люблю тебя. – Просипела она.
Волк Томаса завыл, отчаянно забившись внутри. Мужчина разжал пальцы и девушка упала к его ногам.
-Я люблю только Амалию. С самого начала, лишь ее. – Процедил он сквозь стиснутые зубы. – Мой волк сошел сума, она чует в тебе свою пару. Но я знаю, что это не так. Запомни, Литисия, я сильнее. Ты никогда не будешь моей луной.
Пересилив себя, Томас развернулся, хотя его зверь требовал остаться и обнять его пару. Шаги давались ему очень тяжело. Но он упрямо шел. Подальше от сюда. От манящего аромата Литисии. От ошибки, которую он мог совершить, если его зверь возьмет верх.