Когда мы отстранились друг от друга, небесную синеву над нашими головами сменило звездное небо.
– Теперь я понимаю, почему я должен был выбрать тебя, – улыбнулся Вик, кончиками пальцев пробегаясь по моей щеке и ключице. – Ты чудесно целуешься.
– И ты… – Я обняла его за пояс – так крепко, как только могла. От Вика пахло свежестью моря, и этот запах отчего-то казался мне родным.
– Я никогда тебя не забуду.
– И я. Никогда. Не понимаю, как это работает, но с этой ночи ты стал частью меня самой.
– Я был бы счастлив, если бы встретил тебя раньше.
– И я…Что нам делать, Вик?.. Что же делать? – с волной накатившего на меня страха спросила я.
– Выбора нет. Я хочу показать тебе свои крылья, Лиза, – тихо ответил Вик, не отпуская меня.
– Крылья? – удивленно переспросила я.
- Да. Ты ведь хотела их увидеть.
Я помнила, что случается с теми, кто видел ангельские крылья, и меня захлестнуло отчаяние.
- Вик, нет, пожалуйста! - закричала я, не желая забывать его. - Умоляю!
Я попыталась вырваться, но Вик был слишком силен - он не дал мне сделать.
Крылья за его спиной появились в одно мгновение - огромные и сияющие чистейшим золотом. Сотканные из чистейшего света. Завораживающие своей неземной красотой.
Крылья Вика были потрясающими, и, глядя на них, я начала забываться. Издалека донеслось небесное пение - звонкое и лучистое, и мои веки стали слипаться.
Его крылья сомкнулись за моей спиной.
- Я незримо буду с тобой, Лиза. И помни, что ты - не серая. - шепнул Вик. Его голубые, с бирюзовым отливом глаза блестели от слез. - Ты - яркая, будто солнце.
- Спасибо... за чудо, - прошептала я, чувствуя, как слабеют пальцы, сжимающие его одежду.
Последнее, что я видела - звездопад над хрустальным куполом.
Звезды осыпались на мои ресницы сверкающей пылью, и моя память о сказочной новогодней ночи и Вике исчезла, оставив в сердце глухую, наскоро зашитую грубыми нитками рану.
Глава 12
Лиза закрыла глаза, и тело ее обмякло. Она бы упала на белокаменный пол, если бы не Вик – он подхватил девушку на руки и жадно всмотрелся в ее бледное безмятежное лицо, то ли пытаясь запомнить его, то ли стараясь разглядеть того, чего раньше не замечал.
Раньше – глупое слово. Они познакомились всего лишь несколько часов назад по меркам этого мира. Была ли это случайность или они с Лизой попали в ловушку хитросплетений судьбы, он не знал. Знал лишь то, что эта русоволосая зеленоглазая девушка с забавными веснушками была его второй половиной. Той, которую связывала с ним красная нить судьбы.
Лиза была красивая. Поцелованная солнцем. Нежная.
Ее красота не была похожа на красоту девушек с обложек глянцевых журналов или популярных страниц в инстаграме, но зачаровывала своей естественностью и внутренним светом.
Теперь она ничего не вспомнит, а он, напротив, будет помнить все – и то, что произошло до его смерти, и то, что произошло после, и то, что могло бы произойти, останься он в живых.
Тоска и горечь переполняли Вика, и ему казалось, что крылья за спиной – те самые, которыми он закрывал Лизу, тускнеют.
За его спиной беззвучно материализовался Алариэль.
– Что мне делать? – глухо спросил Вик, не видя этого, но чувствуя присутствие ангела.
– Защищать город и дальше, Викаэль, – ответил тот со вздохом. – Возможно, тебе заново сотрут память – я направил прощение в Пресветлый круг. Возьмись за свои обязанности, друг мой. И можешь не писать отчет по сегодняшней новогодней ночи.
– А как же вера в чудо? – срывающимся голосом спросил ангел.
– Ты подарил его Лизе, и воспоминания о нем всегда будут жить в ее сердце, даже если разум забыл о них, – отозвался Алариэль. – Главное, не количество, а качество.
Он подошел к мерцающему белому огню и протянул к нему руки.
– Ты можешь присматривать за ней в свободное время.
– Чтобы делать это, мне не нужно твое разрешение, – резко ответил Вик.
– Прости.
– За что?
– За то, что втянул тебя в это. Я не знал, что все обернется таким образом, крылатый. – В голосе Алариэля было сожаление.
– Какая теперь разница.
Несколько минут они молчали, каждый думая о своем. Алариэль смотрел на огонь, Викаэль – на Лизу.
– Я обещал доставить тебя домой, Лиза, – наконец, тихо сказал темноволосый ангел. – И я это сделаю, девочка.
Когда Лиза проснулась поздним солнечным утром первого января, она ничего не помнила. Только тяжесть в груди стала невыносимой, и непонятная тоска захлестнула ее с головой.
Девушка сидела на кровати в своей комнате, пытаясь понять, что с ней произошло после того, как она покинула коттедж, где должна была справить Новый год. Память подбрасывала ей смутные обрывки: вот она идет по темным холодным улицам, вот добирается до остановки, вот каким-то чудом дожидается автобуса, который по решению администрации города должен был ходить до утра, вот едет домой… Дома спит пьяным сном отчим, мама на кухне перебирает старые фотографии, сестры нет – она со своими друзьями. И вот она, наконец, добирается до своей кровати.
Лиза потерла глаза, смутно помня сны, которые снились ей в новогоднюю ночь – прекрасный замок, летний лес, заснеженную степь. И прекрасный поцелуй с незнакомцем, от которого дух захватывало – столько тепла и нежности в нем было.
Она горько заплакала, закрывая лицо руками, а почему, и сама не понимала. Может быть, из-за предательства подруги и парня, который ей нравился? Как знать.
Когда Лиза встала с кровати, на полу лежало перо, и ей показалось, что на зимнем солнечном свете оно засияло золотом. Она подняла перышко, погладила его кончиками пальцев и положила на полочку рядом с книгами. Зачем – и сама не знала. Выбрасывать было жалко.