Услышала треск ткани, а после приподняла голову. Увидела, что мужчина разделся, снял с себя футболку и разорвал её, отрывая длинные полосы. После перевязал израненную стопу девушки.
Не говоря ни слова, подхватил Карину на руки и двинулся прочь из переулка.
Карина слышала, как бешено грохочет в груди его сердце. Его взгляд метал молнии. Мужчину всего трясло от гнева. Он бесится, потому что думает, что она сама сбежала?
Подумав о таком, Карине втройне стало хуже.
Он же убьёт её, если охранники подтвердят, что она удрала по своей воле.
Вряд ли они скажут правду и примут на себя огонь гнева от босса. Проще её подставят.
А Огнев ей отомстит. Ведь предупреждал же.
- Артём, садись за руль, - обратился к видному мужчине в дорогой кожанке, заметно выделяющемуся на фоне остальных парней Огнева.
Карина обратила внимание, как этот Артём шустро сел за руль, рядом с ним сел ещё один мужчина. Карину Олег расположил на заднем сиденье авто, сам сел рядом, а после дал какой-то непонятный для девушки знак оставшимся у машины мужчинам.
Машина тронулась с места, а Карина и спросить боялась, куда именно её везут. Нога болела жутко. Эта боль вытеснила практически все остальные мысли из её головы.
Несмотря на всё ужасное, что с ней произошло за последние дни, девушка понимала, что хочет жить. Не желает сдаваться на милость этим нелюдам.
Она всегда была сильной. И сейчас себе не изменит. Будет бороться за себя до последнего своего вздоха. Просто так, без борьбы никому не позволит её прикончить.
Олег заметил, как девушку трусит. От боли и страха. Она была похожа на загнанную лань, которая так и не смогла унести длинных ног от охотника.
Малышка всхлипывала, кусала и не без того изгрызенные губы, пытаясь не всхлипывать вслух, хотя грудь её сотрясалась, а из глаз текли слёзы.
Он понимал, что она испытывает сильную боль. Да и сам ощутил, как в груди всё переворачивается, наблюдая, как его импровизированные бинты стали красными от её крови.
Умом понимал, что ей уж точно не грозит истечь кровью, та скоро совсем остановится. Но градус волнения не уменьшался. Попрыгунья сама себя наказала.
- Зачем ты сбежала? – спросил Олег, посмотрев на девушку более спокойным взглядом. Карине даже показалось, что она видит искорки жалости во взгляде чудовища. Точно кажется.
Он спросил зачем?
- Ты же не думал, что я спокойно буду сидеть на месте, когда ты решил отдать или продать меня другому мужчине или мужчинам!
- Чего? – от этой девчонки у него каждый раз происходит в башке некий диссонанс, - какие ещё мужчины? Что за бред?
- Я всё слышала, - едва ли не крикнула, явно давая понять мужчине, что считает его вруном.
- Что ты слышала?
- Ты отдал меня или продал. Имей хоть смелость признаться, а не… Ай! – взвизгнула, когда его рука резко рванулась вперёд, мощный торс навис над ней, а крепкие пальцы обхватили тонкую девичью шею, сжав, вынуждая девушку округлить глаза от страха.
- Никогда не смей так разговаривать со мной. Я ни черта не понимаю из того, что ты несёшь, - рявкнул, начиная терять терпение.
- Куда ты везёшь меня? К кому? – прохрипела.
- Ногу твою осмотреть нужно. В клинику заедем.
Карина смолкла, перевела дыхание, когда он убрал лапищу от её глотки.
Клиника… а это ведь хорошо. Она там сможет…
А что, собственно, она там сможет?
Сбежать?
В таком состоянии?
Сомнительно.
Если не получится, а попытается, то Олег её тогда точно придушит. Как именно – он уже наглядно продемонстрировал.
- Карина, парни с тобой мои были. Куда они делись? Один охранник оставался в квартире. Куда он отправился? За тобой пошёл?
- Я не знаю. Он вышел из квартиры в подъезд. Разговаривал с каким-то мужчиной, который пришёл за мной. Я не стала слушать. Услышав, как он направился в квартиру, я сбежала. И ты не смеешь меня за это судить. Если думаешь, что я вещь, которую можно продавать и передаривать, то ты ошибаешься.