- Предки желают потешить свой взор поединком, пусть эльфы сражаются с нашими воинами, если победит эльф - он уйдет, если сын Степи, то эльф поклянется вечно служить ему и его роду.
- Свобода двоих уже принадлежит мне, - охрипший голос принца с трудом был слышен посреди всеобщего гомона: многие хотели сразиться за право заполучить перворожденного в свою собственность. Я скривился, пусть попробуют - их лучшие воины горазды воевать с детьми, посмотрим, как долго они выстоят против Ниира.
- У тебя была возможность выбрать, кого ты заберешь с собой, ты от нее отказался. Сражаться будет вот этот. - Хан ткнул в сторону Хеля. - Тем более, мой выбор совпадает с выбором предков - меч вонзился рядом с ним.
Принц, сравнявшийся цветом лица с мелом, судорожно сжал кулаки. Мое воображение пасовало, и если его высочество снова выкрутится, обстригу волосы в знак солидарности. Только принц по-прежнему молчал. Хельварт, давно уже висевший на своих товарищах, с трудом встал на ноги. Закрыл глаза и замер. Чтобы выйти в транс, магии не нужно, надо только сосредоточиться и активировать скрытые прежде резервы. Хель едва заметно улыбнулся - получилось! Десяти минут ему будет больше, чем достаточно, чтобы избавить мир от наглого смертного, дерзнувшего лишить перворожденного свободы. От кочевников не ускользнули изменения, произошедшие с эльфом, и хан поспешно уточнил условия поединка.
- Условия те же, если эльф покалечит или убьет сына Степи, то же мы сделаем с другим эльфом. Только в этот раз на кону будет здоровье и жизнь этого пацана. - Еще одно потрясение, принц нарочно гасил удары не из "большой любви" к смертным - боялся, что заложники пострадают.
Хель страдальчески скривился, в трансе легко убить, а вот сдерживать себя легче в ясном сознании, да только так он даже с места не двинется. Предки высказали свою волю, и хан, кажется, окончательно забыл о своем слове. Зато я помню.
- Условия те же! - тут же откликнулся принц. И я остро пожалел, что не догадался заткнуть ему рот. - Снимите с него браслеты и ошейник.
А он молодец, тут же ухватился за первую возможность переломить ситуацию в свою пользу. Старый кочевник с опаской подошел к все еще пребывающему в трансе Хелю, осторожно расстегнул ошейник, снял браслеты. Глаза эльфа тут же потухли, и он бы упал, если бы его не поймал Ниир. Хель слабо улыбнулся, встал на ноги и, наконец, медленно вышел в круг, на ходу запуская ускоренное восстановление организма.
Иллирэн.
Безумная идея на время заставила забыть о гордости, ведь если следующие за мной невидимки не были плодом разыгравшегося воображения и уже проникли за контур, можно же их привлечь к спасению "дичи". Жаль, эта светлая мысль не соизволила осчастливить меня своим присутствием пораньше, когда я доказывал Тиррелиниру, кто здесь главный: вместо того, чтобы посвятить его в свой план и заручиться поддержкой, выставил себя последним идиотом. Ах, я непризнанный герой, сейчас я всех спасу, если не я, то кто?! Ах, какое мне дело до тюремщиков?! С другой стороны, тот бред, что я сейчас несу про незримых, вполне вписывается в мой образ и не должен вызвать у кочевников сомнений. Главное, чтобы они возникли у гипотетически присутствующих здесь эльфов. Теперь я молился, чтоб защитный контур скончался в муках еще полчаса назад…
Последние слова воззвания к "невидимым" прозвучали, но ничего не происходило. Не пришли - очередное подтверждение, что надеяться нужно только на себя. Меня охватила жуткая усталость, сейчас еще и обезболивание закончится, упаду и буду лежать, и никто меня не заставит с места сдвинуться. Вылетевший из ниоткуда меч, оказался для меня такой же неожиданностью, как и для остолбеневших кочевников.
- Это не магия, - раздался голос слева: главный заклинатель собственной персоной. - И не физическое воздействие. - Он немного помолчал и нехотя добавил, - Духи ответили эльфу.
Ханское толкование воли духов меня понятное дело не устроило, но после небольшой пикировки с ханом я уже начал жалеть о своей затее. Надо было молча ждать, пока он не смирится, что другого выхода у него все равно нет. Хотя… Заклинание вот-вот развеется, и тогда не долго я выдержу, потеряю сознание, а Хан потом скажет, что я отказался от просьбы, раз не дождался его решения, или на предков все свалит. Не этого ли он ждал?
Варт не может сражаться, это не вызывает сомнений, даже без наручников и ошейника - он еле на ногах стоит. Где там плащ мой валялся? Надо освободить уже круг, и пусть духи будут милосердны к эльфу. Я больше ничем навредить ему не могу. Если бы не мое вмешательство, ему бы помогли два других эльфа. Может быть, даже вытащили бы его. А так… Я закутался в плащ, спасаясь от злобных взглядов недовольных охотников, лишившихся большей части добычи, надвинул капюшон на глаза. После показавшихся мне бесконечными споров центр вышел высокий кочевник. Невооруженным глазом видно - воин ничуть не уступает Хану в мастерстве, а то и превосходит. Варт по сравнению со своим противником выглядел особенно неубедительно. В глазах на секунду потемнело, боюсь, скоро мне будет совсем не до поединка. Меня мягко поддержали, ладно хоть я не дернулся от неожиданности, а то бы привлек ненужное внимание к невидимке, удержавшего меня от падения. Головокружение прошло, и я заставил себя посмотреть на поле, где уже начинался поединок. Хм, где уже заканчивался поединок. Стремительные смазанные движения - я моргнуть не успел, а Варт уже выбил у противника меч, заломил руку за спину и продолжал так удерживать, приставив лезвие к шее.