Резко обернулся, услышав за спиной хлопок, отчего ушастый, не удержавшись на моей спине, рухнул в пыль. Пришлось прикрыть ладонью глаза, спасаясь от слепящего света раскрывающегося телепорта. Вот сейчас мы топорик и опробуем. Еще три хлопка, один за другим… Один, два… вот уже десяток эльфов в черной форме. Перехватил топор поудобнее. Что-то они слишком быстро нас нашли! А я-то все гадал, кто меня похитил, кто прячется под плащами с капюшонами - эльфы и люди? Увидев ушастого сокамерника, грешил на смертных, а оно вот как оказалось.
- Не надо. - Что за дурацкая манера дергать меня за рукав в самый неподходящий момент?! - Это свои.
Свои? Как же! Особенно вот этот белобрысый с улыбкой крокодила. Ему кто-нибудь сообщил, что я свой?
Топором я и махнуть им не успел - зачем только мучался ваял его? - меня уже обезоружили. Убивать не стали, да и не били. Даже связывать не стали. Просто как-то резко пропало желание трепыхаться.
Как только эльф с обморочным ушастым на руках скрылся в телепорте, крокодил тут же утратил интерес к моей поделке, которую до этого вертел в руках, зато вспомнил о ее скромном создателе.
- Прошу, - он кивнул на один из телепортов.
- Только после Вас. - На плечо предостерегающе опустилась рука одного из черных, и мне пришлось принять столь любезное приглашение. В конце концов, я сделал, что мог. Может, хотя бы теперь дед оторвется от своих битв в совете и вспомнит о любимом внуке, который пропадает тут ни за что ни про что?!
Глава 19.
Иллирэн.
Зря я пугал Кирриэля тяготами службы: и ему, и Сариэлу вряд ли уже доведется принять посильное участие в моем обучении. Вопреки моим опасениям совместное выполнение домашнего задания не свелось к простому сидению над моей душой. Погоняв меня по свежевыученным словам и фразам и убедившись, что большая часть из них все ж таки осела в моей голове, Нойриэль вручил мне книжку, на вид совсем детскую. "Будем восполнять пробелы в Вашем образовании", - учитель счел такое объяснение более чем достаточным, - "Приступайте."
Что ж рано или поздно мне все равно придется ознакомиться с эльфийским творчеством. Так почему бы и не начать со сказок? Использовать официальную версию своего темного прошлого в качестве оправдания собственного невежества, бесспорно, очень удобно. Но выглядеть глупо из-за незнания элементарных для любого эльфа вещей все не хочется.
- Это, и в самом деле, читают эльфятам? - чем сильнее я погружался в дебри казалось бы совсем простого текста, тем сильнее было мое удивление.
Наши сказания тоже грешили некоторой долей условности. В анекдотах и им подобных байках ушастых всячески высмеивали, выставляя их гротескно глупыми, помешанными на своей избранности, замшелых традициях и этикете. Сказки же из века в век хранят изначальный страх перед превосходящем нас, а потому смертельно опасном противником. Стоит ли говорить, что роли главных злодеев в большинстве случаев безоговорочно отдавали эльфам?
Открывая эльфячью сказку, я был готов ко многому, но мое воображение оказалось бессильным перед суровой реальностью - маленьким эльфам рассказывали о… людях, и этих "людей" хотелось в лучшем случае отловить, не делая исключения для детей или женщин, и посадить в клетку.
- Но это же… бред.
Жили бы эльфы на другом конце земли, возможно, эти россказни и сошли бы за правду. Тем более когда-то люди действительно сильно отставали от ушастых в культурном развитии. Когда-то. Веков десять назад. Может, для эльфов это и не срок, но могли бы внести в текст хоть какие-нибудь уточнения. Нет же! Забивают детям голову с самого рождения, что, впрочем, наверняка кому-то выгодно.
- Бред, - легко согласился со мной учитель, - но бред в какой-то степени показательный. Людские представления об эльфах искажены не меньше. Вы недавно в Эльгардаре - не делайте поспешных выводов.- Не дав мне толком обдумать эту мысль, учитель как ни в чем не бывало переключился на повторение материала, вряд ли подозревая, насколько скоро мне удастся опробоваться свои "великие" познания в деле.
Книга с эльфячьими сказками не давала мне покоя - интересно же, как далеко в своем вранье могут зайти ушастые - а потому, вооружившись словарем и запасшись терпением, я корпел над очередным шедевром эльфийской пропаганды. Не на шутку увлекшись детским чтивом, я едва ли замечал происходящее вокруг меня, но - учитель может начинать мной гордится - услышав уже намертво вбитую в мою голову фразу, я, не задумываясь, ответил на приветствие. Запоздало сообразил, что голос женский, что не мешало хотя бы посмотреть в сторону собеседницы, а в идеале и вовсе встать, что я тут же и проделал.