Торжества по случаю моего дня рождения закончились далеко за полночь. Но государственные дела ждать не будут, поэтому на следующее утро я снова погрузился в работу, невзирая на усталость и дикое желание лечь спать. Я выслушивал доклад советника, когда услышал странный шум. Непорядок.
- Спасибо, Иридиан. Оставьте мне ваш доклад, я прочитаю его позже. - Советник поклонился и исчез. Я хлопнул в ладоши, на мой зов тут же появился стражник.
- Разберитесь, что там за шум, и приведите нарушителей ко мне.
Через пять минут двери распахнулись, и предо мной предстали возмутители моего спокойствия - секретарь, незнакомый мне полукровка и мой Подарочек. И почему я не удивляюсь?
- Извольте объясниться, почему вы посмели прерывать решение дел государственной важности? - я посмотрел на секретаря. Тот сделал шаг вперед.
- Повелитель, этот господин, - кивок в сторону полукровки, - утверждает, что ваш… что Рок принес ущерб его имуществу, и он требует компенсации.
- Требует? - Требовать могу здесь только я, все остальные могут смиренно просить, умолять…
- Повелитель, я не… - плохо, очень плохо. Этот полукровка совсем не знает, как себя вести. Точно рос у людей, раз не знает самых элементарных вещей.
- Я еще дам Вам слово, а пока извольте не перебивать. Продолжайте.
- Господин купец утверждает, что Рок разбил вазу ниаминского стекла, принадлежащую этому господину.
- И как он умудрился ее разбить? - дорогая, однако, вещица, очень дорогая. Боюсь, моему рабу и за три жизни на такую не заработать.
- Он помогал разгружать торговый обоз на гостином дворе.
- Что он там делал? - не помню, чтобы я туда его посылал.
- По Вашему приказу ему нашли место работы. Так как он никакому ремеслу не обучен, его определили в грузчики, - вот уж точно, толка от такого раба никакого, одни убытки, - во время выгрузки товара он выронил коробку с вазой, она разбилась.
За что мне нравится мой секретарь, так это за краткость и четкость. Он не разбавляет свою речь великосветскими вычурными фразами и не вставляет через слово "Мой Повелитель". Придворный этикет соблюдать должно и нужно. Но он не должен мешать ведению дел.
- Хорошо. Теперь Вы, - я перевел свой взгляд на купца-полукровку. - Господин…
- Тайрен, Ваше Величество, - в этот раз полукровка перегнул палку. Так ко мне обращаются на официальных мероприятиях, отнюдь не при разборе обычной жалобы. Ах да, я забыл, господин Тайрен не жаловаться пришел, а требовать.
- Что ж, господин Тайрен, я слушаю Вас. Только сразу переходите к делу.
- Я привез товар на продажу, грузчики разгружали тюки, а вот этот взял и уронил вазу. Я стал требовать, - на этом месте купец запнулся, - чтоб мне возместили ущерб, хозяин гостиного двора сказал, что этот человек - ваша собственность, поэтому к нему никаких претензий быть не может.
- Стало быть, претензии ко мне?
Полукровка побледнел, но, видать, жажда наживы пересилила страх.
- Повелитель, я все понимаю, ладно бы он споткнулся, упал, а то он просто на ровном месте взял и отпустил ее. Это он нарочно сделал, не понравилось ему, что я приказал ему пошевеливаться.
- А Вам не кажется, что сколь уж этот человек принадлежит мне, то приказывать ему могу только я? - и, не обращая внимания на оправдания купца, я повернулся к Року. - Это правда, ты специально разбил вазу?
- Это была подделка, Повелитель, - тот проигнорировал мой вопрос. Надо будет всерьез заняться им. Он слишком многое себе позволяет. Я велел ему продолжать. - Это была не настоящая ваза ниаминского стекла, всего лишь имитация. Если господин купец утверждает, что она настоящая, значит, это мошенничество.
- Как ты смеешь? - полукровка замахнулся на человека, собираясь его ударить.
- Господин Тайрен, еще одна такая выходка, и я решу, что Вы хотите меня оскорбить, со всеми вытекающими для Вас последствиями. Рок, почему ты решил, что это подделка?
- Потому что настоящая ваза бы не разбилась при падении и с большей высоты. В крайнем случае, она бы треснула или раскололась на крупные куски. А эта разбилась вдребезги, почти раскрошилась.