— Спасибо, деточка, — крупные слёзы потекли по грязным щекам, оставляя дорожки. — Спасибо, милая. Думала, помру здесь одна-одинёшенька.
Бабушка содрогнулась в рыдании, и я... не знаю, что на меня нашло, но я не смогла остаться равнодушной.
Опустившись на колени, я крепко обняла старую женщину, понимая меру её отчаяния. Как же страшно предстать перед лицом такой ужасной смерти, да ещё и совершенно одинокой.
— Спасибо тебе, добрая душа! — повторила бабушка, на этот раз более спокойно. И голос её прозвучал так мягко в этот момент, что даже мне стало как-то спокойнее и уютнее.
— Вот, — я отстранилась и протянула старушке свой нехитрый скарб в виде бутылки вина и закуски. — Воды у меня нет, к сожалению, но в нашей ситуации, думаю, так даже лучше.
Бабушка кивнула, не отрывая жадного взгляда от предложенных гостинцев, но всё же руки протянула с опаской.
Сколько она не ела? Как оказалась здесь? И кто её так мучил? Этот взгляд человека, над которым издеваются, я не спутаю ни с чем.
Уверена, у меня такой же взгляд.
Я часто ловила его в зеркалах, когда убирала верхние этажи замка, и в тазе с водой, где умывалась. Эти глаза — полные боли, одиночества и страха — стали моим отражением, как и у этой бабушки, которая, казалось, видела столько же горя, сколько я.
— Пейте, бабушка, — мягко сказала я, подталкивая её к бутылке. — Вам надо набраться сил.
Она кивнула, всё ещё с опаской касаясь горлышка бутылки.
В её движениях была какая-то трогательная неуверенность, как у человека, который слишком долго страдал и не верил, что может получить хоть малейшую передышку.
Но по мере того, как исчезала еда, лицо старушки светлело.
И всё же половину она оставила и, с трудом скрывая сожаление, протянула мне.
— Вот, деточка, я уже наелась.
— Не стоит, — замотала я головой и, вопреки резям в животе, сказала: — Не хочу. Всё равно нам скоро конец.
От этих слов воспоминания о том, где мы находимся, накрыли меня волной, и глаза снова наполнились слезами.
Я шмыгнула носом, стараясь не показывать, насколько страшно.
— Ох, ты ж точно, — старушка встрепенулась и попыталась подняться, но у неё ничего не вышло. — Ох, я дура старая, что же я делаю. Помоги мне, милая, иначе нам обоим конец.
Я тут же ринулась ей на помощь, и с огромным трудом мы обе поднялись на ноги.
Старушка была слаба, но держалась с упорством, которое не позволило бы мне отвернуться.
Я крепче сжала её плечо, поддерживая её на каждом шаге.
— Поспешим, милая, — сказала бабушка, крепко сжимая мою руку. — Нам надо торопиться.
— Куда, бабушка? — спросила я, стараясь не замечать, что она ведёт меня не обратно, а в сторону руин.
— К замку, милая, к замку, — неожиданно ответила женщина, заставив меня замереть на месте. Почувствовав, как я напряглась, она ещё крепче сжала мой локоть. — Послушай, деточка, сам Бог послал мне такую добрую душу, как ты. Только такие и смогут разрушить страшное колдовство, что давлеет над этим проклятым местом. Ничего доброго тут почти не осталось, но всё же надежда есть. Так что помоги мне добраться до руин, а я тебе всё расскажу по дороге.
— Но... что за колдовство? — пробормотала я, пытаясь осознать её слова. Что же за сила может находиться в руинах, к которым она так рвётся?
— Ах, деточка... — вздохнула старушка, её голос стал тихим, как шелест листьев. — Много столетий назад это место было полным света и счастья. Но однажды тьма накрыла его, и с тех пор зло здесь главенствует. В моём роду из поколения в поколение каждая женщина рассказывала своей дочери сказку о коварном хозяине руин. О том, как он обокрал кое-кого и за это был проклят. Страшным проклятием — и не только он, но и все, живущие в замке. И освободить их сможет только та, у которой будет оберег и знания.
Бабулька потянулась к изорванному платью на груди и достала затёртую цепочку с небольшим зеркальцем, тусклым от времени, но всё ещё сохраняющим следы былой красоты.
— Вот, — сказала она, протягивая мне этот старый, почти незаметный оберег. — Это не просто зеркало, деточка. Оно передаётся из поколения в поколение в нашем роду. Это ключ к освобождению замка и тех, кто страдает под этим проклятием. Но мало просто иметь его. Нужно ещё знать, как им воспользоваться.
Я с сомнением посмотрела на зеркальце. Оно выглядело простым, безо всяких следов магии. Но старушка говорила с такой убеждённостью, что я не могла просто проигнорировать её слова.
— Так что идём, детка. Видит Бог, я всё сделаю сегодня, чтобы спасти нас с тобой.
Глава 3
Дыхание старушки становилось всё более тяжёлым, она задыхалась, а на лбу блестели капли пота.
Её шаги были всё медленнее, казалось, что её удерживает лишь моя рука и невероятная сила воли, которая вот-вот оставит её.
Мы обе понимали — ей не хватит сил дойти до цели.