Что может быть скучнее длинных застолий, которые устраивал Сталин? Даже я, привыкший к скуке за годы пребывания в Чикаго, был поражен рассказом Джиласа о тех длившихся полночи банкетах из двенадцати блюд. Гости ели и пили, пили и ели, а в два часа ночи тащились в кинозал смотреть какой-нибудь американский боевик. От долгого сидения у них ныли задницы и в сердцах поселялся страх. Разговаривая и шутя, Сталин мысленно выбирал тех, от кого следует избавиться. И гости, жующие, пьющие, фыркающие от смеха, знали, что вскоре кого-то из них расстреляют.
Я клоню к тому, что скука немыслима без террора. Один из самых скучных документов всех времен и народов – это толстый том «Застольных разговоров» Гитлера. Он тоже заставлял своих людей смотреть кино, есть пирожные, пить кофе со взбитыми сливками, а сам при этом что-нибудь рассказывал, рассуждал, теоретизировал. Люди умирали от скуки и страха, боялись даже отлучиться в туалет. Сочетание власти и скуки как следует не изучено. А между тем скука – хороший инструмент контроля над людьми. Власть дает возможность нагонять скуку, вызывать застой в обществе и в застое сеять страдания. Тоска, настоящая тоска, неотделима от страха и смерти.
В этой связи возникают и более глубокие вопросы. Например, какой унылой выглядит история, если смотреть на нее с человеческой точки зрения, как смотрят обычно. Текут века и тысячелетия, и ничего не происходит. Солнечные ветры и вспышки, выделение газов на Земле, случайные сцепления частиц вещества, безжизненные моря с крупицами соляных кристаллов, первые белковые соединения. Медлительность и тягучесть эволюции вызывает раздражение. Смотришь в музее на остатки ископаемых и думаешь, как эти кости обрастали мясом, как развивались органы и члены. Странно, что эти уродливые существа умели ползать, ходить, охотиться за добычей, размножаться. Потом возникновение высших видов и, наконец, человека. Пустынные леса палеолита, первые проблески сознания, медленное привыкание руки к труду, идиотизм долгих веков земледельчества… Все это интересно только постфактум, только в теории. Вынести такое невозможно. Сегодня нужно быстрое движение вперед, жизнь, несущаяся со скоростью напряженной мысли. Благодаря науке и технике мы ждем немедленной отдачи от всех наших начинаний, осуществления извечных человеческих желаний и фантазий, отмены пространства и времени. В таком состоянии проблема скуки и одиночества обостряется донельзя. Личность, попавшая в тиски условий человеческого существования – определенный срок, отпущенный каждому, только одна жизнь в одни руки, – вынуждена задумываться над смертной скукой в смерти, над эрами небытия. Каково тем, кто жаждал разнообразия и неиссякаемого интереса? Господи, как же тосклива смерть! Какой ужас – вечно лежать в могиле, в одном и том же месте, в одном и том же положении.