— Спи, — повторил и отступил.
Вышел, тихо прикрыл дверь — так тихо, что сам почти не услышал.
"
Карим, ты влип. По уши."
А потом вернулся к себе и, впервые за долгие недели, уснул быстро. С чётким, неприятным ощущением, что утром это всё встанет ребром.
Глава 24
Мира
Я проснулась, когда в комнате уже серело. Раннее утро — то самое время, когда хочется зарыться под одеяло, уткнуться носом в подушку и исчезнуть для всего мира. Обычно я так и делала. Но сегодня — нет.
Ночью здесь был Карим. Наверное, он думал, что после всего я просто усну. После того, как стоял у моей кровати, глядя на меня так, будто видел не подаренную игрушку, а… женщину. Или это были мои полусонные фантазии? Но я же слышала, как неровно у него шло дыхание. Чувствовала тёплую ладонь на своей щеке. От этого по коже шёл горячий озноб.
Для чего я ему? Этот вопрос вцепился в голову, не отступая. Зачем мужчине, который может купить кого угодно, держать возле себя именно меня?
Я долго стояла под горячими струями душа, смывая липкую ночную дрожь. Смотрела, как капли скатываются по запястьям, как чуть розовеет кожа. А потом уставилась в зеркало. Лицо смотрело на меня прежнее — но в глазах было что-то другое.
Когда спустилась в столовую, Карим уже сидел за столом. На нём безупречно выглаженная белая рубашка. От влажных волос исходил лёгкий запах дорогого шампуня и чего-то ещё — терпкого, с ноткой дыма.
Он поднял взгляд, когда я вошла.
— Доброе утро, — сказала я, стараясь говорить ровно.
Села напротив, обхватила чашку. Сделала глоток кофе и только тогда встретилась с ним глазами.
— Доброе, — отозвался он хрипло, чуть ниже обычного. Может, тоже плохо спал.
Я наклонила голову, словно что-то изучая.
— Скажи, Карим… Ты часто заходишь по ночам в спальни к девушкам, просто чтобы смотреть, как они спят?
Он чуть задержал дыхание, а потом уголок его рта едва заметно дёрнулся.
— Только к тем, кто всю ночь не выходит у меня из головы.
Я прикусила губу, подавляя улыбку. Это было, наверное, опаснее всего.
— Тогда тебе стоило найти кого-то попроще, — сказала медленно, выговаривая каждое слово. — Кто не задаёт вопросов. Не создаёт проблем.
Карим опёрся локтями о стол, наклонился ближе. От него очень вкусно пахло.
— Не думаю, что мне было бы интересно.
Я сжала ладони на чашке так, что ногти впились в кожу.
— Значит, ты всё-таки играешь со мной? Или ещё не решил, как воспользоваться этим… подарком?
— А может, всё куда проще, Мира, — сказал он тихо, почти ласково. И ушёл.
В груди что-то кольнуло острым, пустым. Я отвернулась, уставившись на тёмный узор скатерти.
Какие бы мысли ни шумели в голове — если он думает, что я перестану искать выход, то ошибается. Даже если придётся дорого за это заплатить. Даже если я уже сама не знаю хочу ли быть на расстоянии от этого мужчины.
Карим уехал сразу после завтрака, оставив после себя особую тишину. Она раньше пугала, а теперь только злила.
А я всё ещё держалась за свой безумный план. Хоть надежды уже почти не оставалось, но и отступать я не собиралась. Снова пыталась подойти к Артёму — на кухне, в коридоре, у входной двери. Легко касалась его руки, задавала пустые вопросы о погоде, о том, что будет на ужин. Ловила взгляд. Но он был уже другим. Настороженным, колючим.
— Вам что-то нужно? — бросил он, даже не замедлив шаг.
— Разве мы теперь на «вы»? Артём, ты серьёзно?
— Лучше займитесь своими делами, — сказал он, глядя поверх меня, и быстро ушёл.
Карим явно успел с ним поговорить.
Вечер подкрался незаметно. Тени в доме сгустились. Я сидела в гостиной, перелистывая книгу, но слова слипались в мутную кашу.
И вдруг послышался звук открывающейся двери. Сердце неприятно подпрыгнуло — я подумала, что вернулся Карим. Страшно ли мне было? Или наоборот… радостно? Но в холле раздался чужой голос — высокий, чуть насмешливый, женский:
— Артём, не ожидала тебя здесь застать. Карим дома?
Я поднялась и выглянула. Там стояла женщина. Высокая, в дорогом пальто, идеально уложенные светлые волосы. Запястье перехвачено часами с тонким браслетом. Лицо ухоженное, но в глазах скользило что-то неприятно оценивающее.
Артём коротко что-то ответил. Но женщина — Алла, как он её назвал — вдруг заметила меня. Застыла, приподняв брови.
— А это кто? — спросила с полуулыбкой, от которой у меня внутри неприятно похолодело.
— Гостья, — сказала я ровно, не отводя взгляда.