Я как раз наклонялась за ведром, когда почувствовала, что кто-то стоит слишком близко. Резко выпрямилась — сердце стукнуло лишний раз — и чуть не выронила швабру.
Передо мной стоял Саша. В руках — по чашке кофе. На лице — выражение, будто ничего особенного не произошло.
— Ты чего… — начала я, но он перебил:
— Мириться пришёл, — сказал просто. — И кофе тебе принёс.
Я моргнула. После вчерашнего его молчаливого игнора и холодных взглядов — увидеть его вот так, внезапно и с улыбкой — было странно. Даже… тревожно.
— Мириться? — переспросила я.
— Ну… да. — Он протянул мне стакан, слегка улыбнувшись. — Я вчера вёл себя как придурок, да и вспылил зря. Сегодня подумал: а вдруг мы оба зря тупим?
Я взяла кофе, не отводя взгляда. Внутри что-то шевельнулось — странная смесь настороженности и тепла.
— И что, кофе — это твоя форма извинения?
— Ага. Твой любимый, с корицей. Раньше ведь срабатывало — он чуть прищурился. — Сегодня вечером будет движ. Музыка, люди… Может, придёшь?
Голос звучал легко, но в глазах — как будто, что-то недоговаривает.
Я сделала глоток, не спуская с него взгляда:
— Клуб? — тихо спросила я.
— Не совсем. Закрытое место. Вход только по пригласительным.
— Я как-то уже ходила с тобой в такое «закрытое место», — я смотрела внимательно, пытаясь уловить хоть малейшее изменение в его лице — Потом, так же с кофе подмазывался.
Он поджал губы: — Ну так что, составишь компанию?
— Посмотрим.
Саша усмехнулся, будто именно этого ответа ждал. И ушёл так же легко, как появился, оставив после себя запах кофе и ощущение, что друг что-то недоговаривает.
Я допила кофе, стоя в коридоре, и ещё долго чувствовала горечь на языке. Вроде обычный, но с привкусом подставы.
Саша весь день почти не попадался на глаза — словно снова начал избегать. Я видела его мельком: то у бара, то в холле. Он шутил с Ниной, здоровался с охранником, но когда взгляд случайно встречался с моим — там мелькало что-то слишком внимательное, будто он проверял, передумала я или нет.
К концу смены я уже знала, что пойду. Не из-за «движа» или его извинений — просто… хотелось.
Дома я долго стояла перед шкафом. Вечер обещал быть прохладным, но я выбрала чёрные узкие джинсы, ботильоны на невысоком каблуке и бежевый свитер с мягким воротником, который можно было натянуть повыше, если станет неуютно. Волосы собрала в свободный пучок, выпустив пару прядей. Минимум макияжа — тушь, тон, немного тёмного карандаша.
В зеркале на меня смотрела девушка, будто собирающаяся на встречу с компанией друзей. Но предчувствие было гадким, а внутренний голос кричал "сиди дома".
Саша ждал у входа в бар в центре города. Чёрная куртка, в руках — два билета. Улыбка, как у человека, только что выигравшего спор.
— Красиво выглядишь, — скользнул по мне взглядом, задержав его чуть дольше, чем нужно. — Пошли.
Мы миновали вывеску и свернули в тёмный двор. Музыка уже вибрировала в воздухе, пробираясь под кожу. Снаружи здание напоминало заброшенный склад, а внутри — совсем другой мир. Полумрак, мягкий жёлтый свет, гул голосов, звон бокалов. Барная стойка, отдельные столики, карты, фишки. Толпа — от людей в дорогих костюмах до парней в простых футболках.
Я уже видела подобное — только локация была другая. И тот раз всё закончилось… не лучшим образом. Мне потом пришлось добираться домой одной.
В воздухе висел запах алкоголя, табака и чего-то вязкого, тяжёлого, от чего хотелось втянуть голову в плечи. Саша взял меня за локоть. Слишком крепко, будто опасался, что я передумаю и убегу. Признаться, мысли уйти посетили, едва я переступила порог заведения.
— Там свободно, — сказал он и повёл в глубь зала.
Я старалась не смотреть по сторонам, но взгляд всё равно цеплял детали: кто-то считал пачку денег прямо на столе, кто-то шептался, прикрывая рот ладонью.
И вдруг — знакомый силуэт. Я заметила его раньше, чем он меня.
Карим
.
Сидел в полутени, разговаривая с мужчиной в тёмном костюме. Для человека его уровня — слишком шумное и грязное место. А потом мужчина, с которым он разговаривал, повернул голову.
Родион
.
Сердце ухнуло в пятки. Белые зубы, как керамический унитаз, фальшивая улыбка. Никогда не забуду. Запах его одеколона будто прорезал расстояние, хотя я знала — это только память играет.
— Пойдём, — тихо сказал Саша, склонившись к самому уху. — Поздороваемся. Это хозяин заведения.