— Начинайте, Геннадий Михайлович, — сказал президент. — Доложите подробно все, что удалось выяснить по последнему инциденту.
— Нападение было совершено внезапно на двух машинах силами девяти человек. По нашим парням одновременно работали из трех автоматов АК и шести пистолетов разных систем. Первый удар был нанесен через открытые окна машин, чуть позднее к бою присоединились те, кто не могли работать из салонов и покинули машины. У бойцов нашей группы в запасе было всего секунд пять. За это время находившиеся в «джипе» бойцы и водитель успели его покинуть и, укрывшись за машиной, оказать сопротивление. Укрытие из «джипа» так себе, и автоматы во многих местах прошивают его насквозь. Поэтому в первые же секунды боя все четверо получили многочисленные ранения, хоть и успели убить двух нападавших и еще стольких же ранить. Пользуясь случаем, хочу еще раз обратить ваше внимание на необходимость скорейшей замены всех наших обычных автомашин бронированными. В момент нападения водитель «Тойоты» находился вне машины. Укрыться за ней он не успевал, поэтому бросился в салон под защиту брони. Ему не хватило секунды, чтобы захлопнуть дверь. В него выпустили очередь из автомата. Если бы не пуля, которая разнесла ему затылок, мог бы отделаться синяками на спине и парой сломанных ребер. Последний из бойцов, который выполнял при клиентах обязанности телохранителя, вышел с ними из подъезда. Собственно, их появление и послужило сигналом к нападению. Он успел выстрелить по ближайшей машине и убить одного из бандитов, но тут же получил три ранения — все смертельные — и выбыл из боя. Муж Ольги попытался подобрать его автомат, но получил касательное ранение в голову и потерял сознание. В саму Ольгу, видимо, никто не стрелял. В момент нападения она стояла совершенно открыто, но не получила ни царапины.
— А почему позволили застать себя врасплох? — спросил президент. — Кто–то меня убеждал, что на охрану девушки выделены лучшие люди.
— Стечение обстоятельств, — ответил Сергеев. — Кроме того, там было сложно работать. Двор большой, в него имеется несколько въездов, а на внутренней дороге, особенно у подъездов, несмотря на рабочий день, стояло много автотранспорта. Двое уцелевших бандитов находятся в тяжелом состоянии, так что их допросим позже. Я думаю, что кто–то из этой группировки следил за домом Ольги и заметил наши машины. Во время последней поездки нас, очевидно, «вели», используя одну или две машины. В Москве с ее движением это несложно. Ольга с мужем была в гостях около часа, а за это время легко было подогнать две машины с боевиками. Защитить клиентов лучше в рамках выделенных полномочий было трудно. Ошибкой было то, что пошли навстречу с этими поездками, но Ольга уперлась, а я не решился на нее сильно давить.
— Ладно, эти вопросы вы потом рассмотрите сами, — сказал президент. — Расскажите лучше о действиях самой Ольги.
— Как нам известно, она сама великолепный боец с запредельной скоростью реакции, но почему–то до ранения мужа находилась на одном месте, не сделав даже попытки воспользоваться оружием убитого бойца.
— Растерялась? — спросил президент.
— Очень может быть. Одно дело демонстрировать что–то в спокойной обстановке и совсем другое — попасть под огонь. Хотя при уничтожении криминальных авторитетов она проявила редкое хладнокровие. Мы считаем, что уничтожение молодежной бандитской группировки по прежнему месту жительства Славиных незадолго до их отъезда — это дело ее рук. Просто она не сочла нужным поставить нас в известность о такой «мелочи». Что случилось точно, нам пока неясно, а с самой Ольгой на эту тему еще не беседовали. Немногочисленные жильцы, которые в это время были во дворе и не успели при звуках стрельбы укрыться в подъездах, говорят, что на несколько секунд небо приобрело ярко–зеленую окраску. Большинство тех, кто был в это время в квартире и прилип к окнам, ничего такого не видело. Только там, где были приоткрытые окна, через проемы полыхнуло зеленым светом. Похоже, что Ольга права и стекло полностью задерживает этот вид излучения. Дальше события развивались примерно так. Ольга…
— Бросилась к мужу! — кивнул президент.
— Нет, она бросилась на детскую площадку к машинам. Причем бросилась как–то странно. Немногочисленные свидетели ее там не видели, хотя от подъезда к машинам идут ее следы. В асфальте имеются отпечатки ее сапог глубиной сантиметров пять, на песке детской площадки они в два раза глубже. Возле каждого такого отпечатка полностью растаяли остатки снега. Даже не так, примерно на двадцать сантиметров во все стороны снег просто испарился. Такие же следы есть и вокруг машин. Она обошла машины и убила тех четверых, которые еще вели огонь. В живых оставила лишь раненых, которые были в бессознательном состоянии и теперь находятся у нас. Убивала не магией, а просто сшибая им головы.