– Наконец-то, оценили! – засмеялась Ольга. – А какое звание не жалко?
– Дадим майора. Хватит?
– А это ничего, что жена будет майором, а муж только старшим лейтенантом?
– Для него это будет иметь значение? – спросил президент.
– Для него не будет, а вот для окружающих – наверняка. И учтите, что он довольно быстро осваивает азы магии. Через полгода будет не очень сильным магом, на уровне большинства сактов.
– А почему вы считаете, что они слабы в магии? – спросил директор.
– По двум причинам. Первая заключается в моей оценке магического уровня мужа той Ольги. Я определила его как очень низкий, а ведь он относится к высшему руководству планеты. Он и мной заинтересовался из-за высокого потенциала в магии. Да и постоянная кража магически одарённых соотечественников Занги говорит о том же. Жриц они всё-таки побаивались и расправились с ними чужими руками. Вторая причина заключается в том, что магу нужно долго вкалывать, а тех же результатов легко добиться с помощью техники. Вот станете вы обучаться быстрому счёту при наличии калькулятора? Кто-то, может, и станет, но большинство проголосует за калькулятор.
– Хотите сказать что-нибудь ещё?
– Пожалуй, нет. Основное я уже сказала, а детали пока не имеют значения.
– Хорошо, – сказал президент. – Мы дадим прослушать запись этого разговора аналитикам, выслушаем их мнение и потом решим, как действовать дальше.
Глава 26
– Ну и где моя красавица? – спросила Ольга мужа.
– Загнал на площадку за инженерный корпус и укрыл тентом. Всё равно пока не получится пользоваться. А когда расплатимся с Рогожиным, нужно продлить дорогу и построить гараж на две-три машины. Ты сильно устала?
– Я не устаю от болтовни, даже если она с президентом.
– Значит, не выдержал и приехал. Пойдём под сосны, там сегодня поставили лавочки. Посидим немного, и ты вкратце расскажешь, к чему пришли. Сумеешь отогнать комаров?
– Есть такое действие в копилке жриц, только я им не пользовалась.
– Вот заодно и попробуешь.
Они сели на одной из двух удобных лавочек со спинками, вкопанных под группой отдельно стоявших у дороги сосен.
– Я поделилась своими мыслями о ловле сактов, – начала рассказывать Ольга. – Подкинула идею создания отдела и застолбила там для себя место зама. Сказали, что буду майором. О тебе не забыла, так что готовься к повышению.
– Тебя не догоню. Ладно, это всё суета. Я не сомневался в том, что твои предложения пройдут на ура. У нас очень амбициозный президент, к тому же проблема сактов сильно нервирует верха и силовиков, а тут такая возможность совершить рывок вперёд и утереть всем нос!
– А ты сомневаешься, что может получиться?
– В том-то и дело, что должно получиться. И я этого немного боюсь.
– Из-за сактов?
– Не только. Вот выловили вы несколько учёных, повязали и заставили исповедоваться. Наши умники, если их ткнуть носом в суть проблемы, рано или поздно в ней разберутся. И что дальше? Звездолёты России гордо уходят в дальний космос, а весь остальной мир смотрит на это дело с восторгом и пониманием?
– Ах вот ты о чём. Да, боюсь, что не будет ни восторга, ни понимания.
– Вот и я боюсь того же. Американцы воспринимают любое усиление России как личный вызов. Мы для них по-прежнему остаёмся врагом номер один. И во времена Союза идеология была не главным. Главное – это то, что мы были единственными, кто не позволял им единолично править миром. Нас все не любят, хотя для такого отношения нет оснований. В России много неосвоенной территории и ресурсов, а нас подозревают в желании захватить чужое. А теперь представь, что у русских появятся знания и технологии, до которых весь мир додумается лет через двести. О магии я пока молчу. Делиться – идиотизм, они не дали бы нам ничего. Наш мир слишком разделён и переполнен конфликтами. Поделиться с другими – значит вынести эти конфликты в космос и сделать их более разрушительными. А если не поделишься, то восстановишь против себя всех. А есть ещё сакты. Сами они не будут с нами связываться, но могут разделаться чужими руками. Вспомни своих жриц. А если в результате таких разборок наш мир превратится в радиоактивную помойку, то им же и лучше. Потенциальный конкурент накрылся медным тазом, а развлечения себе найдут. Я, конечно, упрощаю...
– Я тебе говорила, что не считаю себя дурой?
– А зачем тебе говорить? Я знаю это и без твоих слов.
– Среди книг, которые мы оставили на квартире твоих родителей, есть одна Злотникова. Ты знаешь, что я не увлекалась фантастикой, но кое-что прочла и сейчас вспомнила. В названии есть слово «Армагеддон». Там описано то, о чём ты сейчас говорил, и даже приведено решение.