– И когда планируешь нанести визит?
– Да завтра и планирую. Сходим за покупками, а потом ты займёшься компом, а я к ним сбегаю.
– Тогда завтра первым делом купим мобильник, чтобы ты всегда смогла меня вызвать. Мне так будет спокойнее.
– Как твоя нога?
– Ты знаешь, гораздо лучше: уже не болит, а ссадина сверху взялась коркой.
– Не суй пальцы в рану! Она не полностью зажила, но процесс пошёл. Я прилягу рядом. Не бойся, не буду на тебя посягать,только обниму и полежу. А можно прижаться к плечу?
– Ольга!
– Что Ольга?
– Сама знаешь что, убери руки!
– Ну что ты, дурак, и себя, и меня мучишь? Как можно быть таким жестоким? – Она начала всхлипывать. – Не смогу я терпеть год. И полгода тоже не смогу! И вообще...
Всхлипывания перешли в рыдания.
– Оленька, милая, не плачь! – Он начал целовать солёные от слёз глаза, от глаз как-то незаметно перешёл к губам, а когда опомнился, было уже поздно останавливаться.
– Изверг! – сказала довольная Ольга. – Довёл, понимаешь, девушку до слёз. Мне теперь каждый раз реветь, чтобы ты обратил своё внимание? Или всё-таки бросишь придуриваться?
– Игорь Юрьевич! К вам посетительница по личному вопросу, – доложил мэру телохранитель, который подошёл к входной двери на звонок домофона. – По её словам, она родственница подруги вашей жены.
– Как назвалась?
– Ольгой Дробышевой.
– Сказала имя подруги?
– Да, тоже Ольга, но Славина.
– Помню такую, но она пропала полгода назад. Ладно, Юра, я сейчас сам подойду.– Он отложил книгу и вышел в прихожую к пульту домофона. – Это мэр говорит. Повторите, пожалуйста, кто вы и цель визита.
– Ольга Дробышева, племянница подруги вашей жены. С полгода назад тётя просила оказать помощь своей больной подруге. Тогда у меня не было такой возможности, теперь появилась.
– Вы врач? – не поверил мэр.
Его недоверие вызвал слишком юный для врача голос собеседницы.
– Я не врач, но могу помочь вашей жене. Вы меня впустите, Игорь Юрьевич, или так и будем переговариваться через домофон? Может, вашей жене больше не нужна помощь?
– Проходите, – после паузы сказал он, открывая наружную дверь.
В прихожей Ольгу встретил высокий плечистый парень с кобурой на поясе.
– Постойте, – сказал он девушке, – я должен вас осмотреть.
– Убери грабли, Тарзан, – отрезала та. – Если меня будут здесь лапать, сразу же разворачиваюсь и иду домой!
– Оставь её, Юра, – сказал мэр. – Проходите, девушка, только снимите туфли и обуйте тапочки. А можете идти босиком, здесь везде ковры.
Телохранитель посторонился, пропуская гостью, которая разулась и прошла в гостиную.
– Присаживайтесь, – пригласил мэр, – и расскажите, чем вы можете помочь моей жене.
Девушка послушно села в кресло, скромно сдвинув колени, что было нелишним при длине её юбки, и ответила:
– Полгода назад позвонила тётя и спросила, могу ли я приехать. Нужно было вылечить её подругу Светлану Анатольевну Яковенко. Раньше не было такой возможности, но недавно родители уехали работать в Иорданию, а меня сбагрили самому близкому из родственников – мужу тёти. Я не врач и ничего не смыслю в болезнях, но обладаю даром целителя. Достаточно посидеть с больными два-три вечера, чтобы они выздоровели. Я редко этим занимаюсь, потому что потом сама плохо себя чувствую, но обещала тёте. Если пустите к жене, постараюсь ей помочь.
– Вы похожи на Ольгу Славину, – сказал он, – возможно, действительно родственники. Только я не пойму, к чему этот розыгрыш. Вам нужны деньги?
– Мне не нужны ваши деньги.Если не хотите моей помощи, я не собираюсь вас уговаривать!
– Ладно, можете попробовать, – решил мэр. – Идёмте, я вас провожу.
Ольга раньше работала в этой школе, поэтому обошлись без расспросов. Она привела Игоря к обитой под кожу двери с бронзовой табличкой, на которой каждый желающий мог прочитать следующее: Директор школы Сергей Павлович Бородин
Игорь постучал и сразу же потянул на себя ручку двери, справедливо полагая, что не расслышит ответа, каким бы он ни был.
– Разрешите войти, Сергей Павлович? – спросил он директора, который сидел за массивным столом возле окна и перебирал какие-то бумаги.
– Садитесь, – пригласил тот. – Вы по какому вопросу?