– Лично мне вы не должны ничего, – ответила Ольга, которая ожидала чего-то подобного. – Вопросы оплаты моих услуг надо обсуждать с Рогожиным. Он обеспечивает мне клиентов и оплачивает работу, я сама в этом ничего не решаю.
– Значит, если я попрошу вас об услуге...
– То вам нужно обратиться с этим к нему, – закончила за него Ольга. – По условиям нашего с ним договора я не имею права решать такие вопросы самостоятельно. Но в случае с вами не вижу каких-либо сложностей. Он прекрасно относится к отцу Анны Владимировны и вряд ли откажет вам в услуге. Только в ближайшее время я буду работать с уже назначенными клиентами.
– А не хотите сменить покровителя?
– Не хочу. Того, что нам предложили, вполне достаточно, и я не буду нарушать взятые на себя обязательства без повода со стороны Рогожина.
– Ну нет, так нет. Считайте, что вы не слышали от меня этого предложения. Я могу быть уверенным, что вы не передадите об этом разговоре?
– Не вижу в этом смысла. Я не собираюсь без веских оснований сообщать о своих разговорах с клиентами. Игорь, позвони Рыбину, что мы уже закончили, чтобы он подогнал машину. Спасибо за угощение, рада была с вами познакомиться.
– Как вы себя чувствуете? – спросил Ольгу Виталий, когда сели в салон автомобиля. – Способны лечить?
– Хорошо я себя чувствую, – ответила она, – только немного переела. Так что поехали к вашему больному. Кто он и что за недуг?
– Это очень неприятный тип, которому около восьмидесяти. У него и раньше был тяжёлый характер, а после того как три года назад отнялись ноги, старик не может разговаривать без мата. К нему вынуждены были приставить сиделкой парня, но и парни долго не выдерживают, и приходится их менять.
– И на фига он Рогожину? – удивился Игорь.
– Из-за его сына. Он один из заместителей генерального прокурора и, как ни странно, любит отца. Другой на его месте сбагрил бы старого склочника в дом престарелых и забыл, а этот купил ему квартиру в элитном доме и всячески обхаживает.
– А зовут его как? – спросила Ольга. – И в чём причина паралича?
– Иваном Ивановичем его зовут, – ответил Виталий. – У него не паралич, а парапарез центрального характера. Это что-то связанное с нарушением функций головного мозга. Ноги он слабо чувствует, но двигать ими не может, а руками только чуть-чуть, ложку и ту не удержит. Вот на языке это не отразилось, матерится очень отчётливо.
– Как же лечить старую сволочь? – задумалась Ольга. – Сложновато будет вызвать к нему симпатию, а без этого лечение сильно затянется. Сидеть у него несколько дней и слушать матюги... Вот что, Виталий, надо заехать в какой-нибудь магазин, где можно купить наушники от шума или хотя бы беруши. Наушники я видела в магазине инструментов, а беруши должны быть в любом универмаге.
– Ты что-то придумала? – спросил Игорь.
– Чтобы твоя жена и не придумала? Едем за наушниками, а моя задумка тебе понравится.
Они остановились недалеко от магазина «Мир инструментов», в котором Ольга после разговора с продавцом остановила свой выбор на шумозащитном шлеме.
– Берём! – решила она. – Виталий, оплати.
– Без примерки? – спросил Игорь.
– А это не для меня, – рассмеялась девушка. – Это старику. Надеюсь, подойдёт. В нём можно немного подогнать размер.
После этого поехали по адресу, уже нигде не задерживаясь. У подъезда их встретил сын клиента.
– У меня через час совещание, – не поздоровавшись, сказал он, увидев Рыбина, которого знал в лицо, – поэтому я вас сейчас провожу к отцу и уеду. Сколько времени займёт лечение?
– Мне нужно два часа, – сказала Ольга. – Я восстановлю вашему отцу моторные функции, потом нужно будет периодически делать массаж и тренировать ноги. Наверняка мышцы атрофировались за три года бездействия. В доме будет кто-нибудь, кроме больного?
–Естественно. Там постоянно находится человек, который ухаживает за отцом.
– Отпустите его на время лечения, иначе я не смогу работать. Со мной будет наш сотрудник, который в случае необходимости даст вашему отцу утку или поднесёт пить.
– И вы его вылечите? – с сомнением спросил прокурор.
– Почти наверняка. Клиенты пока не жаловались.
– Вам говорили, что он не сдержан на язык?
– Говорили. Думаю, что я как-нибудь это переживу. Виталий, вы пока не нужны, я пойду туда только с Игорем.
Когда они поднялись на нужный этаж и прокурор открыл дверь, услышали визгливые старческие вопли, обильно сдобренные матом. Старик в инвалидном кресле орал на стоявшего рядом здоровенного парня, который слушал своего подопечного с выражением абсолютного пофигизма на лице.