– Ты меня ревнуешь?
– Ладно, пошутили и хватит. Что у тебя с занятиями?
– Вначале было трудно, я же тебе тогда плакался в жилетку, а потом втянулся. Очень помогают медитации. Легче стал усваиваться материал и меньше устаю.
– А сколько брыкался и сачковал?
– Очень неприятны непроизвольные рывки. Когда дёргаются ноги – это ещё ничего, а сегодня утром так дёрнулась шея, что чуть не улетела голова.
– Терпи, не так уж это неприятно, как ты расписываешь. Зато начали рассасываться завалы всякой дряни в основном канале. Сегодня у тебя что?
– С утра лекции, потом рукопашный бой. После обеда стрельба из всех положений, кроме лежачего, которое к этому времени уже хочется принять. И на закуску дадут экстремальное вождение.
– И на чём гоняете?
– Пока на разных легковушках, но в программе есть грузовики и мотоциклы. Говорили, что, когда с этим закончим, дадут несколько уроков вольтижировки.
– Господи, а это зачем? Вас не собираются учить драться на шпагах?
– На шпагах – вряд ли, но будет курс обращения с холодным оружием. Я смотрел полную программу, так там чего только нет. Мне повезло, что учёба только два месяца, но сказали, что при случае будут доучивать краткосрочными курсами.
– Весело живёте, – вздохнула Ольга, – а у меня каждый день одно и то же. Правда, обещали, что сегодня приедут физики. Вчера прибыл фургон с их аппаратурой. Сегодня они будут заселяться и разбираться со своей техникой, а завтра должны взяться за меня. Хоть какое-то разнообразие.
– А что, химики-биологи так ничего и не нашли?
– Выделили из моей крови два соединения, одно из которых ускоряет прохождение нервных импульсов, а второе активизирует обмен в тканях. Испытали на крысах, а потом на добровольцах, а в результате – пшик!
– Неужели не действует?
– Всё действует, хоть и слабее, чем у меня. При введении препарата для нервной ткани человек начинает думать и двигаться раза в три быстрее обычного, но длится это с полминуты, а при большой мышечной нагрузке – вообще секунды. Организм не успевает снабжать кислородом и питанием мозг и мышечную ткань.
– А второй препарат? Разве он не решает эту проблему?
– Не решает. Для того чтобы всё работало, он должен оказаться в тканях в тот момент, когда возникает потребность в ускорении обмена. У меня это достигается с помощью магии. В нужный момент в тканях создаётся это вещество, и его количество должно соответствовать нагрузкам. А что получится, если просто вколоть? Оно попадает в кровоток и повсеместно ускоряет обмен веществ. При этом организм «считает» это воздействие вредным и пытается очиститься от введённого препарата. Его нормальная работа нарушается, растёт температура тела, у некоторых добровольцев имели место небольшие кровоизлияния в мышцах. Пробовали в разное время вводить оба препарата, но полученный эффект был меньше моего, держался не больше минуты, а добровольцы после этого выпадали в осадок часов на десять.
– Значит, ты три недели мучилась напрасно?
– Ну почему напрасно? У полученных препаратов есть перспективы использования в медицине, но быстрых солдат таким способом не получат.
– А почему раньше молчала?
– Думаешь, передо мной отчитываются? Я сама узнала о результатах вчера в конце дня. Подошёл Самохин и начал плакаться.
– А когда появится крутой специалист по магии, которого обещал Сергеев? У меня сердце кровью обливается смотреть на твои мучения! Видно же, что сама не пробьёшь этот барьер.
– Не факт! – возразила Ольга. – Барьер рассчитан на ту, какой я была когда-то. Я спрашивала куратора о маге, сказал, что пришлют только после физиков.
Первым, кого встретила Ольга, когда зашла в медицинский сектор, был профессор Самохин.
– Здравствуйте, Сергей Викторович! – поздоровалась она. – Чем будете мучить сегодня? Опять прыгать?
– Здравствуйте, Оленька! Нет, прыгать сегодня не нужно. Мы выполнили работу по первой части программы. Есть интересные результаты, но не те, каких от нас ожидали. А для реализации второй нужны годы. Нам сказали, что изучением результатов лечения больных можно будет заняться, только когда вы начнёте лечить в своей клинике.
– Но мне обещали привозить пациентов и сюда, – возразила Ольга. – Почему бы не начать с них?
– Я уже поднимал этот вопрос, – поморщился профессор. – Мне сказали, что здесь будут такие пациенты, которых нам не следует видеть.
– Значит, займёмся позже, – согласилась девушка. – Неужели вы меня сейчас отпустите?
– Размечтались! – засмеялся профессор. – У второй группы биологов остались вопросы. Идите к Ветрову, и пусть он заканчивает. Думаю, что мы отпустим вас раньше. Отдохните, прежде чем на вас набросятся технари. По сравнению с ними мы сама гуманность.