Утром Ольга была непривычно задумчива и немногословна.
– Что-то случилось? – забеспокоился Игорь. – Ты явно не в своей тарелке!
– Видела интересный сон, – отозвалась она. – Наверное, это часть воспоминаний Занги. У них в племенах был матриархат, который держался на магической силе жриц. Потом из-за нашествия соседей жрицам пришлось делиться знаниями с мужчинами, иначе племенам было не выстоять. Так закончилась эпоха матриархата. После победы над врагом мужчины перебили жриц и больше не давали в руки женщин такой силы, как магия. Они даже убивали тех девочек, в ком от рождения был сильный дар. Хотели убить и меня, но дед не позволил. Он был самым сильным шаманом Круга племён и боялся, что такая практика приведёт к полному исчезновению магии в людях степи. Его убили незадолго до того, как меня украли сакты.
– И что ценное для тебя в этом сне?
– Самое ценное – это то, что в наследственной памяти Занги спят знания поколений шаманов нашего рода!
– Наследственная память в генах, а сакты поменяли тебе геном.
– А вот и нет! В генах только наследственная память тела. То, о чём говорил дед, скрыто в субстанции, которую мы называем духом или душой. И дед запретил мне под страхом смерти заглядывать в себя. А что такое взгляд в себя, если не медитация? Сегодня же нужно поездить по книжным магазинам и поискать кое-какую литературу, а заодно купить комп. Я узнала у Анны, что в нашей квартире есть интернет. Что у нас на сегодня, кроме ателье?
– Рыбин говорил о стрелковом клубе, да и очередного клиента наверняка подбросят. Моему тренеру рано звонить, сделаю это завтра. Так что, если не захочешь в театр, то у нас должно быть время.
– Рано нам с тобой ходить по театрам, хоть и хочется. Мне не терпится стать сильнее и заняться тобой. Пошли завтракать. Аня уже всё приготовила, и Виталий скоро начнёт названивать.
– Я не смог разобраться в этой записи, – сказал пожилой мужчина, с коротко стриженными седыми волосами и перевёл взгляд с застывшего на экране кадра на собеседника, которым был тренер, проверявший бойцовские навыки Игоря.
– Я тоже не разобрал, – согласился тот, – пока не пустил запись с пониженной частой кадров. Мы часто ведём скоростную съёмку, чтобы в подробностях разбирать схватки. И этот случай не был исключением.
– И во сколько же раз пришлось замедлить?
– Я замедлил в три раза. Надо бы замедлить больше, но тогда теряется непрерывность движений. У нас для неё слишком низкая частота съёмки.
– Однако! – удивился седой. – Запускай ещё раз.
Они просмотрели, как одетая в трико девушка танцевала на татами завораживающий сложностью и грацией танец, выбивая дух из окружавших её спортсменов.
– Я смотрел раз десять, – признался тренер. – Есть в её движениях что-то завораживающее, одновременно жуткое и красивое.
– Как в танце кобры, – хмыкнул седой. – Неужели они?
– Не похоже, – покачал головой тренер. – Они так глупо не подставляются. Ведут себя у нас достаточно свободно, но в то же время и осторожно, а если попадают под наблюдение, сразу же исчезают. А эта, судя по всему, не собирается исчезать.
– А почему она полезла учить твоих парней?
– Так учить и полезла. Возмутило, что ребята немного перестарались, демонстрируя её парню своё превосходство.
– А парня прислал Рогожин? Значит, и она в его команде. Крепкий орешек, такого не так легко зацепить. При большом желании можно достать любого, но попробуем в этом случае действовать гибко. Нужно понаблюдать за ней и её парнем. Чем занимаются, их связи. Может, мы будем для них лучшим вариантом, чем уральский олигарх. Какое у тебя осталось впечатление?
– Трудно сказать, мы ведь почти не общались. Но она сидела возле площадки и разговаривала с человеком Рогожина. Фразы строит не как девчонка, а как женщина лет тридцати, лексика тоже мало соответствует той, которая у большинства девиц её возраста. Мне поначалу показалось, что она старше, чем выглядит, пока не попёрлась на татами. В ней словно сидят два человека. То умная и рассудительная, то желающая блеснуть и плюющая на последствия. Я ведь предупредил, что будем снимать.
– И как она отреагировала?
– Распустила волосы, – хмыкнул тренер. – Снимайте, говорит, так будет сексуальней.
– Действительно, сексуально. Может быть, это не сами «туристы», а кто-то из их отпрысков, вырвавшийся из-под опеки родителей оторваться в нашем мире?
– Ты сам в такое веришь?
– Не очень, но откуда-то она взялась. Я дам задание покопать по прежнему месту жительства этого парня. У тебя есть на него данные?
– Когда выписывали членский билет, он заполнил все графы в анкете, так что у нас есть адрес.