Англия, замок Кенилворт.
— Это Рождество мы проведем все вместе, как когда-то… в детстве. Помнишь, Джонни? — высокий молодой человек с большими карими глазами, правильными чертами лица и чуть полноватыми губами подошел к камину и присел на медвежью шкуру, вытянув ноги у огня. Блики пламени отражались в его красивых глазах, казалось, что его лицо не портил даже шрам, шедший через левую щеку. Этого молодого мужчину сложно было назвать красавцем, но в нем было нечто весьма притягательное и интересное. Когда он улыбался, на щеках играли ямочки. И нынче он так же безмятежно улыбался, находясь в кругу семьи, со своим братом, словно и не было рек крови, множества убитых и искалеченных, погибших младенцев, пленников, быть может, навек лишенных Родины. Генрих V — английский король, милостью Божьей, ни о чем не жалел. Он взял то, на что имел законное право. Его брат, сидевший неподалеку, в кресле, конечно же был согласен с ним. Франция должна принадлежать Ланкастерам по праву рождения. Их предок Эдуард III имел все законные права на французский трон, так как был сыном французской принцессы Изабеллы, дочери Филиппа Красивого. Именно Генрих, а не этот безумный Валуа должен владеть короной Франции. Нет, он не чувствовал угрызений совести. После славной победы можно было и отдохнуть. Как когда-то раньше, когда еще была жива матушка, а они были детьми.