Несколько раз девушка наблюдала, как людям с тяжелыми сумками прохожие помогли подтащить их багаж, если те не могли справиться самостоятельно. Все вокруг было довольно культурно, и Алиса никогда бы не сказала, что все эти люди вокруг чем-то отличались от тех, что жили в ее родном провинциальном городе N.
Сегодня Лариса Петровна попросила дочь отнести ее сапоги в ремонт. По такой слякотной весенней погоде, какая сейчас была в Москве, у жены профессора совсем расклеилась обувь, что было неожиданно и не кстати. К тому же сейчас они были далеко от дома, и купить новые сапоги мама не могла ввиду того, что взяв с собой относительно немного денег, они вовсе не рассчитывали на такой поворот событий. Вот, в связи с таким маленьким происшествием, девушке сегодня и было поручено разыскать обувную мастерскую, чтобы там сделали набойки.
Алиса шла по оживленной улице с невероятным хорошим настроением, так как была весна, которая вкрадчиво, по-кошачьи брала свое. Солнце изредка проглядывало сквозь рваные тучи, бросая свои лучи на прохожих, среди которых неспешно двигалась стройная фигурка молодой девушки.
— Горячие хачапури! Пирожки! — услышала Алиса голос продавца, стоявшего во весь рост внутри полуоткрытого киоска.
Девушка была голодна, и хотя она не очень любила есть на ходу, однако что-то в голосе зазывалы привлекло ее внимание. Не спеша она подошла к прилавку. В киоске находился парень лет двадцати пяти. Алиса плохо разбиралась в представителях разных народностей, но молодой человек показался ей уроженцем Кавказа — возможно армянином, а может быть чеченцем или осетином. Черные волосы молодого человека были зачесаны назад, а вдохновенный взгляд смотрел на людей, что подходили за покупками. Он вежливо отпускал товар, не забывая делать маленькие комплименты дамам. То как он это делал, говорило о том, что, при всей его эмоциональности, молодой человек был воспитанным и очень интеллигентным человеком.
«Может быть он просто студент, который решил подработать?» — подумала девушка, украдкой разглядывая продавца.
Когда очередь дошла до Алисы, тот взглянул на нее и спросил, сколько пирожков та хотела бы купить.
— Двух будет достаточно — ответила она.
— Хорошо, пусть будет два — просто ответил продавец.
Парень профессионально вытащил из горы выпечки те, что были погорячее, завернул пирожки в пакет и затем протянул их покупательнице. Затем он принялся отсчитывать сдачу. Не говоря больше ни слова, он протянул деньги девушке.
— Хм, а мне комплимента, значит, не будет? — тихо, с улыбкой пробормотала та.
Парень очень проницательно посмотрел прямо в глаза Алисе.
— Твое сердце занято, поэтому — нет, не будет — сказал он негромко.
Странно, подумала девушка, кавказцы — народ горячий, и никогда не упускают случая сказать свое «Вах, какой красавица!» любой из женщин, особенно в отношении молодой девушки-блондинки, которая сейчас, собственно, и стояла перед киоском.
— Откуда тебе знать? — с некоторым удивлением от услышанного, спросила Алиса. Она откусила пирожок, который и в правду оказался очень вкусным.
— Я не знаю, откуда мне это известно, но это — так. Поэтому я и не хочу вызывать лишних возмущений в твоей голове. Прости.
Надо же, как высокопарно. Ответ понравился Алисе, так как парень и не думал «подбивать клинья». Она хотела еще кое что спросить, но не знала, с чего начать. И пока она стояла там, поедая свой импровизированный обед, молодой кавказец сам пришел к ней на выручку.
— Что-то изменилось вокруг. Разве ты не чувствуешь?
Сказав это, он слегка улыбнулся. Алиса огляделась по сторонам, словно ища, что имел в виду этот необычный парень, но ничего явно необычного вокруг не обнаружила.
— Нет, не вижу — растерянно ответила она.
— Значит скоро ты это почувствуешь — сказал незнакомец и продолжил специальной палочкой ворошить кипящие в масле пирожки.
«Интересно», — думала девушка, — «если он имеет в виду, что все вокруг наполнено каким-то вдохновением, то это ведь можно запросто списать на счет самой весны. Обычно этому времени года приписывают перемены, а радужное ощущение на сердце происходит от чувства, что скоро в жизни все должно наладиться».
Она была уверена, что подобного рода вдохновение чувствует только она одна, поэтому и не стремилась так глубоко заглядывать в души тем, с кем ей сегодня приходилось общаться. Однако тот продавец очень точно определил не только ее общее настроение, он также оказался прав и в отношении глубины ее чувств.