Обед Ольга готовила вместе с сестрой в четыре руки. После обстоятельного разговора сёстры помирились, и было принято решение, что Елена останется у них на несколько дней погостить.
– У меня две недели отпуска, – говорила она Игорю, обваливая в муке отбивные. – К вам я ехала поездом. Это намного дешевле самолёта, но уж больно долго.
– Отсюда улетишь, – пообещал он. – Оля, вы с Леной занимайтесь обедом, а я всё объясню Рощину. Ты хотела завтра ехать к Татьяне, может, позвонишь и согласуешь время, чтобы я сразу же заказал транспорт?
На ночь Лене постелили на диване, а сами ушли в спальню.
– Я сейчас кричу? – спросила Ольга мужа, ложась в кровать. – А то она услышит из-за двери. Я сама ничего не помню.
– Не обращай на это внимания. Мне дед рассказывал, как у них в избе жили сразу три молодые семьи, а вместо стен были матерчатые перегородки. И по ночам из-за каждой охи да ахи. Очень, говорил, заводило. Такая у них была любовь, что у избы раскачивалась крыша.
– Ага, это у нас с тобой любовь, а каково Ленке лежать одной на чужом диване и слушать мои сольные выступления!
– Хорошо, я буду себя сдерживать.
– Не надо тебе сдерживаться, я лучше постараюсь сдержаться сама.
*****
– У вас странный ночник, – сказала уже одетая Лена, когда Славины утром вышли из спальни. – Неужели такой может нравиться?
– Какой ночник? – не поняла Ольга. – О чём ты?
– Как какой? – с ехидцей в голосе сказала сестра. – Через полчаса после того, как вы ушли к себе и квартира начала ходить ходуном, из-под двери через щёлку ударил яркий и какой-то неприятный зелёный свет.
– Откуда там щель? – удивился Игорь. – Вроде плотно прилегает.
– Щель тонкая, – объяснила Лена, – а образовалась из-за того, что вы постеснялись запереть замок. Не из-за того света у тебя глаза отсвечивают зелёным?
– Опять? – огорчилась Ольга. – Ты заказал Рощину тёмные очки?
– Нет, – ответил Игорь. – Ты не напомнила, я и забыл. Да и кто их носит в это время года?
– Плевать! Пусть лучше считают чокнутой, чем шарахаются. Может, у меня светобоязнь. Ладно, я сама позвоню Алексею. А зелёный свет, Ленок, это побочный эффект целительства. Так, я с вами заболталась, а ещё готовить завтрак.
– Не дёргайся, – остановила сестра. – Я встала раньше и всё приготовила. У вас половина холодильника полуфабрикатов, так что я обжарила и потушила котлеты, сварила гречку и открыла маринованные грибы. Мы с Сашей уже позавтракали.
– Что я бы без тебя делала! – Ольга чмокнула сестру в щёку. – Спасибо. Тогда мы тоже позавтракаем, а то скоро намечается поездка в гости, и у меня подозрение, что нас там не будут кормить.
После завтрака немного поболтали, а потом Ольга принесла сестре стопку женских романов, а сама пошла готовиться к поездке. Рощин приехал раньше, познакомился с Еленой и увёл Ольгу на кухню, чтобы поговорить без свидетелей.
– Сегодня я решил съездить с вами, – сказал он, отдавая ей тёмные очки. – Не скажете, зачем они вам? Случайно, не для маскировки?
– Чтобы скрыть один побочный эффект моего дара, – ответила Ольга, посылая в глаза поток энергии.
Она не могла при этом видеть саму себя, но освещённое зелёным светом лицо майора и его расширенные от страха глаза показали, что фокус удался.
– Как это выглядит со стороны? – поинтересовалась Ольга.
– А вы сами не видели?
– Совершенно непонятное явление. Все видят свечение, но немного по-разному, а я ничего не могу разглядеть в зеркале, глаза как глаза. Хотя отблеск света на вашем лице было видно. Кстати, аура тоже не отображается в зеркале.
– Получается, что этот свет отражается от всего, кроме зеркал? Но это же бред, как такое можно объяснить с точки зрения физики?
– Я сама слабо сочетаюсь с физикой. А объяснение у меня пока только одно: этот свет почему-то сильно гасится стеклом. Думаю, что если взять полированную металлическую пластину, то отразиться нормально. Только и в этом случае часть света должна отражаться от наружной поверхности стекла, а я вообще ничего не вижу. Ладно, пусть в этом разбираются физики, главное, чтобы от меня не шарахались люди.
– Едем на час, как вы планировали вчера? Ничего не изменилось? Тогда я иду к машинам и жду.
Спускались в сопровождении Александра, который не стал прятать автомат.
– Слава богу, что не встретили соседей, – сказала Ольга, – а то они растрезвонили бы, что жильцов тридцать седьмой квартиры увезли под конвоем.
– А тебе не всё равно? – спросил Игорь. – Ты же никого здесь не знаешь.
– Всё равно неприятно. Прикрыл бы ты, Саша, свою пушку хоть полой куртки. Во дворе и так полно охраны.
Рощин усадил их в «тойоту», где уже находился один боец, и сел сам. Рядом стоял «джип» ещё с тремя спецназовцами. Алексей расстегнул куртку, чтобы кобура с пистолетом была под рукой, и положил на колени автомат, взятый из крепления в салоне.
– Поехали! – дал он команду шофёру.
– А по внешнему виду незаметно, что автомобиль бронирован, – удивилась Ольга. – Конечно, я не специалист, но он ничем не отличается от обычной «тойоты».
– Отличается, – сказал Рощин. – Я не проводил инструктаж, так что скажу сейчас. При обстреле ложитесь на пол между сидениями и так лежите. И не вздумайте покидать салон, за исключением того случая, когда он загорится.
Вопреки его опасениям, до дома Татьяны доехали вовремя и без происшествий. До подъезда шли в сопровождении телохранителя. Дом находился под охраной, и, помимо технических средств наблюдения, каждый подъезд контролировали ещё двое вооружённых охранников. Пришлось объяснить цель визита, а телохранителю предъявить свои документы. После того как Татьяна по коммуникатору подтвердила, что эти посетители к ней, их пропустили к лифту.
– Привет! – Таня сама открыла им дверь и с любопытством посмотрела на увешанного железом бойца. – Проходите и рассказывайте, что у вас стряслось.
– Можно у тебя на время пристроить нашу охрану? – спросила Ольга, кивнув в сторону телохранителя.
– Да, конечно! – сказала Таня и крикнула в коридор: – Саша, проведи этого парня на кухню и напои чаем. Вы-то сами будете кушать?
– Нет, спасибо, мы недавно из-за стола.
Подошла молодая симпатичная девушка, которая увела бойца на кухню, а Игорь с Ольгой сняли верхнюю одежду, разулись и вслед за хозяйкой вошли в огромную комнату, совмещающую в себе гостиную, спальню и библиотеку.
–Оригинальная планировка, – заметила Ольга, рассматривая в беспорядке расставленную мебель. – Сюда добавить кухню, и будет студия.
– Нет, – засмеялась Татьяна. – Кухня у меня отдельно. Жить и готовить в одном помещении – это перебор даже для меня. Вижу, что вам не понравилась моя берлога. Отцу с матерью она тоже не нравится, вот Валентин от неё в восторге. А я так привыкла. Много места, и всё под рукой. Так что случилось? Звонил отец и предупредил, чтобы я к вам ни ногой. Впали в немилость? Мне он почему-то не стал ничего объяснять.
– Нет, дело в другом, – сказал Игорь, – Ольга отказалась лечить раненого бандита, а тот возьми и умри. А теперь его дружки жаждут познакомиться с нами поближе. Их ловят, но это дело не одного дня, поэтому есть опасность для нашего персонала и знакомых. Всех ребят и Анну отправили в отпуск, а сами пока под охраной ФСБ.
– А почему не полиции?
– Слишком ценим свои жизни.
– Ну вы даёте, ребята! Всё у вас чересчур.
– Ладно, пока отставим наши вопросы. Скоро мы вообще уедем на два месяца, нужно лишь дождаться твоего отца и решить с ним кое-какие вопросы. Возможно, придётся собираться в спешке и мы не сможем проститься, поэтому я решила увидеться с тобой сейчас и сказать то, что хочу, пусть даже после этого ты никогда не назовёшь меня подругой.
– Что случилось? – забеспокоилась Таня. – Если вы приехали, подвергая себя опасности, значит, это что-то серьёзное!