- Давай есть, любопытно, что нам принесли, с этими словами Бэй приподнял богатую крышку. Никогда раньше я не видел, чтоб человек так быстро и высоко прыгал назад себя через мягкий пуф. Изумленный природной ловкостью загорца, я опустил взгляд на блюдо и почти повторил его номер сам.
Черной матовой горой на столе возвышался сам морской бес. Одно радует, что безголовый. Впрочем, голову ему заменила гора хитро выложенных в форме оскала овощей. В нос ударил острый запах копчений.
- Приятного аппетита, да? Так сказала эта…?
- Ага. Он запечен, кажется.
- А если нет? - загорец крадется к еде диким зверем, выставив вперед руку с богатым клинком.
- Погоди, надо снять балахоны, они белые, если рыба нас чем-то обрызгает, думаю, за порчу тканей с нас же и спросят.
- Рыба? Это легендарная тварь. Бес, сын самого морского царя.
- И, тем не менее, рыба.
Кончиком ножа я пошевелил хвост дохлой твари, тот легко отвалился и чуть не упал со стола, продемонстрировав сочное мясо на сломе.
Не сговариваясь, сели на пуфы по разные стороны от ароматного блюда. Я не выдержал первым и подхватил запечённый кусок овоща подальше от туши. Вкусный, хорошо пропеченный, покрытый тонкой золотистой корочкой и укутанный в запах копчения.
- Точно, рыба?
- Хищная.
- Пахнет едой, на вид как еда, значит, еда и есть.
Осторожно он водрузил на свою золоченую плошку кусок исходящей паром мякоти. Принюхался и все же взял небольшой кусок в рот.
- По вкусу как мясо, только нежнее, об остальном думать не будем.
На третьем кусочке золотистой моркови сломался и я. Рыба как рыба, только жирная и сочная. В конце концов, я ее ем, а не она меня, значит, все в порядке. Наверное. Хоть бы не отравиться этим сомнительным лакомством.
Туша, разделенная по-братски на две равные половины, закончилась на удивление быстро. Овощи, впрочем, тоже. Никогда бы не поверил, если бы мне кто-то сказал раньше, что я разделю морского беса в качестве трапезы напополам с загорцем. Кинжал сияет драгоценными каменьями. Отцу бы его переправить хоть после всего. Сможет продать, подновит стадо овечек, еще и на повозку останется с лихвой. Будут зимой меня вспоминать. Только как это сделать? Вот в чем вопрос. И зачем нам дракон, в принципе, их подарил? Рыба – тоже его лап дело, кто бы еще такую поймал. Один человеческий взгляд, зацепившийся за взгляд этой твари, и человек обречен. Заморочит, убьет. Сам полезет вкладывать сердце в ее страшные зубья. Да и покои, которые нам отдали, слишком роскошны. В таких мог бы жить сам Эмир и не в чем не нуждаться, если бы это был не волшебный дворец самого дракона. Балует зверь, словно хочет дать насладиться всеми возможными благами этого мира, до того, как уволочет в свое подводное царство.
Глава 17
Летти
За день обежала, кажется, все, что смогла. Сделала несколько значимых тайников с легкими платьями в особо соблазнительных местах моего просторного сада. Вдруг мне захочется вылезти из воды и обсохнуть на солнышке ящером, а потом снова обернуться в человека?
Зверь внутри ликует и хищно раздувает жадные ноздри, боюсь даже близко подойти к своему же дворцу, слишком велико искушение, слишком гулко бьются сердца моих нежных гордых любимцев. Еще пара часов, и я смогу прикоснуться к какому-то одному из них, пусть сами решают, кто первый направится на встречу. Чистые, лишенные лукавства эмоции манят в подводное царство мою звериную суть, да и отголоски души человека. Скорее бы проплыть под толщей земли через все переходы и подготовиться к встрече. Какой она будет? Чего мне от нее ждать, от самой первой, самой волшебной? В просторном каменном зале уже приготовлено платье голубой тонкой ткани. Пеной вскипает термальный бассейн, всюду я развесила чаши с магическими светлячками. Те пляшут загадочный танец, словно крошечные человечки, роняя немыслимые тени на своды пещер. Когда приблизится полночь, чаши с таким же голубоватым свечением зажгутся в коридорах, ведущих из покоев ко мне в подземелья. Первые залы и коридоры сухие, по полу нигде не струится вода. Специально все сделано так, чтобы любимцам было удобно, пока наша связь с ними еще слишком слаба. Это потом им станет близка моя родная стихия, а пока пусть идут ко мне по сухому. Серой дымкой зажегся портал, пропуская в сад Милену.
- Обустраиваешься?
- Стараюсь.
- Не терпится?
- Еще как!
- Смотри, не напугай. Безликие очень уязвимы и пугливы, как дикие звери. Будь нежна с ними и глаза сразу не зажигай. Я с хорошей новостью, понимаю, тебе было не до того. Сегодня на север ушли все эти люди в доспехах. Кстати, тебе удалось посмотреть, что у них в головах? Что они, вообще, тут искали? Мне просто любопытно до жути, если честно.
- Посмотрела у нескольких. Они искали и находили запчасти.
- То есть?
- Легенды говорят, что тут бились за любовь или из ревности драконы между собой. Выжили не все, было пролито много крови. Ее-то они и ищут, а еще кости тех ящеров. Якобы со времен той самой битвы и стало принято у драконов не заводить связей между собой, а выбирать любимцев из числа людей.
- А как кровь-то они могли найти?
- Ее капли закаменели, а целебные свойства остались. Силой отнятая наша кровь, конечно, никому не поможет. Но пролитая случайно, а потом кем-то найденная, даже спустя столетия, вполне может помочь.
- Дикость какая. Я, кстати, к тебе с подарочком.
- С каким?
- Конфеты, бутылочка молодого вина и плед. Вдруг тебе вздумается устроить пикник с кем-то из них, только прошу, не напугай. Мальчики ещё очень юны и стеснительны. Они не земляне, тут другая культура.
Дербеш
Наваждение дня, полного неслыханных удовольствий для воина, спало вслед за разгорающимся закатом. Маги так и не навестили нас. Бэй мрачен, но держится, как подобает. Страшно даже подумать о том, как войти в комнату с темнеющим лазом. Раз за разом мелькают в голове глупые мысли и яркие воспоминания последних дней. Бэй, заходящийся в кашле, его иссушенные жаждой губы, синяки на всем теле. Пусть и не я в том виноват, что все тогда так случилось, а все же моя совесть будет спокойней, если я подарю ему еще целый день жизни в этом дворце. Пусть насладится покоем, отдохнет от тягот воинского пути.
- Пора. Идем вместе, а в лаз уже я один, - невесело ухмыльнулся мне чужак, ставший другом за это короткое время. Ну-ну. Первым буду я. Только спорить не стану, боюсь, что у дракона может быть слишком острый слух, как бы не лопнул от хохота, если услышит, как спорят два его блюда за честь стать ужином именно в эту чертову ночь.
Поднялись мы с пуфов синхронно, так же взошли на второй этаж. Солнце уже почти склонилось к розовеющему горизонту, значит, пора.
Лаз, наполненный мраком, озарился голубоватым свечением, словно бы приглашая в свое нутро. Бэй медлит в паре метров от входа. Я шагнул чуть вперед и ощутил на плече тонкую руку загорца.
- Первым иду я.
- Ошибаешься, после всего я задолжал тебе этот день, - толчок в плечо, и путь для меня свободен. Нога не может сделать роковой шаг. Неимоверным усилием воли, пока друг еще лежит на полу, я заставил себя шагнуть в синеватый туннель. Под ногами хрустит песок, стены гладкие, расчерчены узором из каких-то фигур. Смотреть страшно, да даже вдохнуть полной грудью и то не выходит, каждый шаг дается с огромным трудом. Где-то за спиной пожелал мне легкой смерти приятель. Странное пожелание по нынешним временам. Впереди чудится еле слышное дыхание зверя, а может статься, что шум воды так отразился о стены. Всмотревшись в узор, я невольно сглотнул. Следы от острых когтей, вспоровших породу, чередуются с фигурами рыб, водорослей, дракона и мужчин, словно плывущих под водой. Не то они утонули, не то живы еще. Идти вперед страшно, а не идти и вовсе нельзя. Стараюсь двигаться как можно быстрее, смысла медлить больше, уж, точно, нет.