- Мои мысли не канули в небытье, я сделал так, чтобы у вампира был ключ к происходящему, но мне повезло, что им оказался молодой вампир, не имеющий никакого представления о жизни, без смысла для существования. Ты живешь как животное, чтобы вырасти, питаться кровью людей и размножаться раз в несколько столетий. Быть может, ты станешь убийцей, нужда заставит выпить кровь животного или вообще отречешься от крови и умрешь от старости. Я могу создать из тебя того, кто мне действительно нужен: ты будешь самым мощным оружием в руках человека, которым кто-то когда-либо владел, либо ты станешь спасителем рода человеческого. Все зависит от твоего выбора. Ты сейчас не спишь, а думаешь. Есть что-нибудь, что заставит тебя уйти отсюда?
- Ну да, конечно! Там же вся моя семья, да и праздник на носу!
- Если ты сейчас откроешь глаза, думая, что тебе нужно на праздник, то ты откроешь глаза вечером перед праздником, если ты решишь, что тебе нужно вернуться в город за оставленной там Библией и увидеться с Натой, то проснешься быстрее, в любом случае твоя голова осознает то, что происходит вокруг.
- Постой, неужели это значит, что я могу находиться здесь сколько угодно долго, а потом открыть глаза и прошла всего лишь секунда?
- Ну так тоже можешь, но я не думаю, что ты прям для первого раза настолько хорош. Мы тут провели минут пять, я думаю минут пять ты где-то и провалялся.
- Хорошо, Николас, я пойду, но что мне сказать отцу? Я ничего не узнал от тебя абсолютно.
- Ты действительно ничего не узнал от меня? Я могу обидеться и валяться на диване целую вечность в следующий раз, когда ты решишь пообщаться со мной, - сказал он, снимая мохнатую шапку.- Скажи отцу, чтобы не боялся проявить силу там, где она необходима. За ним следят достаточно долго, чтобы обернуть каждый его хороший поступок против него. Он беспокоится о том, что о нем скажут другие, стараясь быть идеальным лидером и примером для подражания, но забывая, что не все такие рассудительные и справедливые как он. Он может быть хорошим, но глупого человека легче заставить ненавидеть хорошего вампира, чем ненавидеть плохого священика. К тому же я тебе рассказал то, что ты должен был знать и так, но мамочка решила не пугать сыночка, и запугала папочку, чтобы он не пугал сыночка,- сказал Николас, растворяясь в мраке. Я открыл глаза очень резко и картина, снившаяся мне, была поглощена потолком, на который я уставился, лежа на кровати.
Я лежал на кровати, а Лорим лежал на моей груди, пуская слюни так, что половина правого плеча была мокрой. Я находился в той же самой комнате, в которой только что подрался с Николасом, но кровать была цела, в отличие от тех щепок, оставленных где-то в глубине сознания. Осторожно перевернувшись на живот так, чтобы брат оказался лежащим на спине подо мной, я встал и вышел из комнаты, не закрывая за собой дверь.
Наш дом был круглой формы, где все комнаты вели в гостиную, в которой готовила мама, и мы кушали. Выйдя, я увидел, как она сидела за столом и, мечтательно смотрела в окно с улыбкой на лице. Я увидел отца, дававшего указы, куда повесить украшения и как поставить стол, чтобы гостей было видно с места хозяев и наоборот.
- Когда-нибудь и ты будешь вот так заниматься своими делами, а твоя любимая будет молча наблюдать за твоими движениями, а потом сравнивать их с детьми. Вот посмотри на него: как он ходит, указывает огромной сильной рукой куда-то, а маленькие и худенькие служанки бегут с подносами туда и обратно, боясь, что он будет ругаться. А он-то и ругается разве что на меня, а потом полдня ищет способ, чтобы я перестала обижаться... Будто бы я могу обижаться на него… Посмотри на него, разве он не лев? Он мягок в общении с людьми, он очень приятен на внешний вид, его взгляд, ровная спина, светлая кожа, огромное и сильное тело, величайший ум своего времен и нашего народа. Таков твой отец,- сказала мать, не поворачивая головы, но переведя глаза на меня.- А когда спит Лорим, то я смотрю на него и сравниваю его с тобой,а когда вы оба вырастете, то буду сравнивать вас двоих с ним…
Мне не нравилось то, как она говорила. Внутренне я чувствовал огромную тревогу, как будто она прощалась с ним…
- Что-то случилось, мам? Почему ты говоришь об этом сейчас?
- Потому что мы с твоим отцом любим друг друга и женаты уже не первую сотню лет, а дети начали появляться, только когда над нами нависла угроза войны... Симур, у тебя скоро появится сестренка… Я всегда мечтала о дочке, но сейчас я не знаю, как мне быть, - на глазах мамы возникли еле заметные слезы. Я никогда не видел ее плачущей или грустной, а это уже был второй раз за день.
- Что?!- право на рождение ребенка давалось раз в десятилетие, пока ребенок не станет совершеннолетним, но это право никогда не давалось два, а тем более раза подряд одной семье, чтобы не вызвать недовольство у односельчан, при этом его давал именно мой отец, и такое решение очень удивило меня, а еще больше удивило то, что мать знала, что у нее будет именно дочка.- Ну это же замечательно!.. Или нет?