Пока старик возмущался, я уже был на полпути домой. Уж слишком радостным был этот день, чтобы слушать возмущения Девоша. Я открыл дверь и услышал отца, разговаривавшего с матерью:
-…Эти люди просто игнорируют меня! Я сдерживаю наших, чтобы избежать напрасных смертей с их стороны, а они этого не ценят!!! Ты себе представить не можешь, кого они дали мне сегодня! Трое убийц, два маньяка и один еретик! Ладно, я выпью их кровь и нормально проживу с этим, а что мне давать другим? А что если у этих преступников воля сильнее, чем у тех хороших людей, которые давали кровь нашей молодежи? Они даже не задумы… Симур?- вдруг прервал свои возмущения отец.
-Извините, я услышал ваш разговор…Я просто думал, что папа шутит, а потом я не понял вообще о чем речь идет, а потом..
-Все хорошо, сын. В твоем возрасте я содержал своих младших братьев и сестер, просто сейчас такие времена, что мы не можем дать тебе охотиться самому… Уж слишком высока плата за ошибку,- сказал отец уже с отчаянными глазами, нежели с гневом,- Я продолжу! Люди не хотят давать нам кусать себя, потому что их представители опять пустили нелепые слухи, мол, от нашего укуса они станут вампирами и будут пить кровь, иначе умрут без этого. Теперь они предлагают преступников на полное съедение, либо мы выкупаем у них крестьян и выращиваем их как скот, а потом съедаем. Уже большая часть населения против нас, я чувствую это по тому, как быстро сердце обращает кровь в их жилах. Они боятся нас… Разве я давал им повода нас бояться?! Неужели это я сжигаю их молодых девиц, называя ведьмами?! Это я держу всех наших молодых вампиров в узде, а лесных кровососов лично отлавливаю и убиваю!..- начал кричать отец. В его глазах было столько гнева, что они меняли свой цвет по нескольку раз за миг. Его волосы и густая борода становились очень черными и превращали его в нечто, похожее на беса. Все его тело выдавало его неконтролируемый гнев.
Мать быстро начала успокаивать Лорима, он очень громко заплакал, а отец вернулся в свое обличие и смотрел на мать, баюкавшую клыкастого младенца. После полуминутной паузы, все-таки мать заговорила:
-Я вижу все, что происходит. Люди ставят нам условия и уже готовят заговор, будто мы им жить не даем, где и так все умирают просто по прихоти графов и сеньоров. Это все очень задевает нашу гордость, но наша честь никаким образом не задета. Ты должен быть тверже с ними, ты же обладаешь огромными талантами, используй их в нужном направлении, нет ничего плохого в том, что они у тебя есть…
-Я не хочу об этом говорить!- воскликнул отец, грозно посмотрев на мать. Мне было очень обидно, потому что она говорила, вроде бы, правильные вещи, а отец просто уперся на своем и проявляет несправедливость. Я был бы уверен, что он не прав, если бы не знал, что он всегда прав!
-Прости, ты прав. В любом случае, ты сможешь справиться с этим. Я верю в тебя, ты самый достойнейший из всех нас, если кто-то и смог бы, то только ты. Ты не должен чувствовать страха поражения,- сказала мать, уходя укладывать спать брата.
Когда я провожал взглядом мать, я не заметил, как все это время мой отец смотрел на меня. Я никогда не смотрел ему в лицо вот так, чтобы мы встречались напрямую взглядами. Эта его очень густая, но не очень длинная борода с голубыми глазами очень красиво подчеркивали его молодую внешность, но какую-то предательскую старость. Взгляд величайшего вампира был настолько тяжелым, что я физически ощутил всю опасность происходящего вокруг. Мы были на грани войны, и что-то должно было случиться, чтобы она не произошла.
-Ты считаешь себя мальчиком или мужчиной?- спросил отец, смотря на меня таким взглядом, как будто хотел упрекнуть в чем-то.
-Фактически я мальчик, потому что еще ни разу не приходилось никого кусать самому. Но в душе я достаточно зрел, чтобы меня не переубедили какие-то ложные мысли,- ответил я, чувствуя, что это было именно то, что он хотел услышать от меня.
-Хорошо, завтра ты отправишься в город. Надо будет найти одного человека и исправить ход его мыслей… Ну ты понял! Так что готовься, что завтра будет важный день в твоей жизни. Можешь прогрызть такую дату на дереве Памяти, приспособления у тебя есть!- сказал отец, уже по полной издеваясь над моими клыками, которые я ни разу не пускал в человека.
Я поблагодарил отца и ушел в свою комнату спать. Точнее я ушел в свою комнату, но мне было абсолютно не до сна. Я слышал шептавшихся родителей, но Лорим, очевидно, уже заснул. А я думал о том, как я выпью впервые чью-то кровь. Я никогда так не нервничал, как в ту ночь. Я никогда не нервничал до этой ночи. Я вообще ничем не занимался годами. Такие уж были времена…