Через какое-то время я очнулся на земле в голом состоянии. На мне не было абсолютно ничего, а раны кровоточили, как будто свежие. Не успев оправиться от ожогов пальцев, метал был сорван вместе с кожей и когтями. Я чувствовал очень большую усталость и боль во всем теле, которое было покрыто синяками и порезами от плетей. Пыль и грязь, на которых я лежал, обжигали израненную спину, но мое сердце билось, и этого было достаточно.
Я находился за решетками, и по влажности и вони это напоминало ни что иное, как темницы. Не было ни света, ни свежего воздуха и абсолютно никакого шума, который могли издавать заключенные. Был слышен лишь кашель и детский плач где-то вдалеке.
-Заткни этого ребенка, иначе я выкину его в реку! Слышала меня, дрянь? Надзиратель Джеймс никогда не шутит, все это знают?
В ответ послышались тихие и неуверенные «да».
-Я не слышу, сволочи! Все это знают?!
-Да!- уже дружно ответили заключенные.
И если Джеймсу понадобится развлечься, кого вы отдадите первым?
-Сестер!-
-А если подчиненные Джеймса захотят развлечься, кого вы отдадите первым?
-Матерей!
-А каких матерей нам не надо?
-Старых и больных!
-А если король пожелает развлечься, кого вы отдадите первым?
-Дочерей!
Надзиратель Джеймс засмеялся самым противным и мерзким смехом, которые только могли существовать на этой планете, но больше всего меня поражали заключенные, которые покорно отвечали ему такие страшные вещи, о которых мне было страшно задуматься.
Превозмогая боль, я поднялся на колени и подполз к решетке, чтобы осмотреть темницу и посмотреть на лицо первой жертвы в моей списке. Это было действительно то, ради чего я бы готов был умереть, лишь бы убить этого пса, но нас разделяла сотня метров и железные решетки.
Темница была устроена самым умным и подлым образом: она была ромбообразной, чтобы из любой клетки можно было видеть любую другую клетку, из которой открывался очень жалкий и разрушающий всякие надежды вид рабов, справлявших нужды прямо в своей камере на виду у всех. В начале этого ромба сидел надзиратель, а в противоположном конце, в самой маленькой камере треугольной формы, сидел я, держась за решетки, чтобы не обжигать спину.
Когда я говорил Матвею, чтобы он побеспокоился о том, чтобы меня отправили в темницу, я даже не задумывался, что меня могут довести до такого состояния и кинуть как животное в клетку. Очередной необдуманный план.
-На, прикрой наготу, сынок,- справа от клетки появилась рука с торчащими седыми волосами на фалангах пальцев, державшая кусок ткани в крови,- тебе она нужна больше.
«Она полностью в крови…Тут везде запах крови… Мне срочно нужно выпить, иначе я не выберусь отсюда…Почему она в крови?! Он ранен, и перевязал, чтобы остановить кровотечение, значит она ему нужна больше…Но ведь меня все видят… Им не до меня, но, все же, я не могу сидеть здесь голым!»
-Спасибо. Ты за что сидишь?
-Я содействовал врагам королевства, снабжая их продовольствием и подрывая авторитет правителя.
-Зачем ты это сделал?
-Я не делал этого, я за это сижу, потому что есть такой закон. Я всего лишь накормил бедного вампира, умиравшего от голода. Он попросил немного еды и крови для своей изголодавшей семьи, я пошел туда вместе со своей семьей, чтобы дети накормили детей, а жена его жену, но нам устроили засаду…
-Ты помогал вампирам?!
-Я помогал всем, кто нуждался в помощи. Когда это был оборотень, я говорил ему, чтобы он находил других голодающих оборотней и давал им своих лучших овец, а если они хотели начать жить, то мы вместе работали на моей земле, деля остатки от налогов поровну. Если это был человек, мы делали то же самое, а когда я отнесся с пониманием к другим Божьим созданиям, меня обвинили в измене, церковь отказалась от меня и меня посадили сюда вместе со всей моей семьей,- голос старика очень сильно дрожал не только, когда он начал говорить о семье, но и когда предлагал кусок тряпки. Он очень сильно ослаб, и это прекрасно чувствовалось как по густому запаху крови, так и по слабому сердцебиению,- но Бог забрал их из этого Ада раньше меня…
-Ты хочешь сказать, что их забрал Джеймс и не вернул?
-Джеймс всего лишь сделал то, что было предписано свыше. Не будь это он, то был бы Джон или кто-нибудь другой из этих дьяволов.
-Ты знаешь Джона?!- я был уверен, что он говорил о сыне Матвея, потому что Джон был очень известным человеком в городе, как оказалось, и будь то не он, старик бы пояснил кто именно.
-Из-за него я и потерял всех на свете. Из-за его слепой ненависти к вампирам, я оказался здесь…- он очень сильно закашлял, и я прекрасно чувствовал, как он отхаркивал кровь. Эта кровь была мерзкой и грязной…