- Н…нет, не думаю, - медленно ответила я, вспоминая все события того вечера одно за другим.
- Хорошо. А почему ты уверена, что не сможешь этого?
- Потому что… потому…
Внезапно голова снова опустела, и дар речи куда-то мгновенно пропал. Я беспомощно посмотрела на Макса, словно прося о том, чтобы он понял без слов, и он кивнул, услышал эту мысль каким-то непостижимым образом.
- Малыш, ты позволишь мне высказать одно предположение?
Я кивнула, по-прежнему молча, не чувствуя никакой возможности произнести хоть слово, и в то же время страстно желая выговориться — мучительное ощущение, как во сне, когда хочешь бежать, а ноги не слушаются.
- Лиза, ты когда-нибудь в детстве подвергалась совращению?
Приоткрыв рот, я задышала чаще и на секунду сомкнула веки. Понятия не имею, как он догадался, но Макс попал в самую точку. Поверить невозможно — я работала раньше с психологом, и он, точнее, она, лишь через пару недель что-то такое почувствовала — но спросила про изнасилование. А меня никто, по сути, не насиловал. И я так и не набралась храбрости поговорить об этом.
- Иди ко мне, - внезапно сказал он требовательным голосом и практически сгреб меня с кресла в крепкие объятия. Я судорожно вздохнула, сразу успокаиваясь. Макс молча покачивал меня на руках, крепко и надежно обнимая.
- Я никому никогда не рассказывала, - прошептала я, с трудом набрав дыхание, - это так трудно рассказать. Как будто сама этого хотела, но я не хотела.
- Знаю, малыш. Сколько тебе было лет?
- Одиннадцать. Он ничего не делал силой, просто уговорил, сказал, что так все взрослые делают.
- Дыши. Все хорошо, малыш. Ты не виновата.
- Он хотел… я почему-то думала, что должна это сделать. Но не смогла, мне было так противно, - прошептала я, снова мысленно переживая тот день. Макс снова погладил по волосам и коснулся губами лба:
- Ты не виновата.
- Но я не возражала…
- Ты не виновата, - твердо повторил он, и я даже разозлилась, что он все время повторяет одну и ту же фразу. А потом почувствовала это: яростное возражение откуда-то изнутри. Виновата. Виновата.
- Я…
Серьезно посмотрев мне в глаза, он повторил ту же фразу в четвертый раз, и тогда меня прорвало. Я начала давиться слезами, пытаясь сдержать их, но это не вышло, и рыдания вырвались наружу.
- Плачь, - тихо сказал он, - Тебе нужно поплакать.
Он позволил прорыдаться прямо на груди и вымочить всю рубашку. Когда я успокоилась, он позволил положить голову к себе на грудь. Какое-то время мы сидели так молча и дышали в унисон, а потом он тихо сказал:
- Ты права, Лиза, тебе не надо на аукцион.
- Правда? - вскинулась я, широко раскрытыми глазами вглядываясь в его лицо, - И ты все равно примешь меня в клуб?
- Да, малыш. Но публичная сцена должна быть.
- Но…
- Со мной.
- Спасибо, - выдохнула я с облегчением, но Макс тут же качнул головой:
- И с еще одним мастером, которого я выберу сам. И никаких возражений.
- Сразу двое?
- Да, малыш.
Его рука внезапно поползла с моей талии вверх, расстегивая летний пиджак, под которым мое тело прикрывал лишь шелковый топ очень вольного вида. Сжав двумя пальцами сосок, Макс посмотрел мне в глаза и слегка прокрутил его между пальцев. Я приоткрыла рот, тихо ахнув от боли.
- Я вот думаю, не трахнуть ли тебя прямо сейчас? - прошептал он в мои губы, слегка меняясь в лице, и кивнул, словно отвечая на собственный вопрос, - пожалуй, да.
- Эмм… Макс…
Мое лицо наверняка выглядело ужасно, подумала я. Как он может хотеть женщину со всей этой размазанной косметикой и красными глазами, а вдобавок… с ужасом вспомнив об отросших волосах в интимной зоне, я вытаращила на него глаза и отчаянно помотала головой:
- Нет, я не готова.
- Сейчас будешь.
- Нет. Я не в том смысле… я просто, ну, не сделала эпиляцию, - сгорая от стыда, призналась я, спрыгивая с его колен. Не стала бы его винить, если бы нашла на его лице признаки отвращения, но Макс лишь тяжело вздохнул, возведя глаза к потолку, и качнул головой в сторону двери в ванную:
- Там есть одноразовые бритвы. У тебя пятнадцать минут. Заставишь меня ждать больше — пожалеешь.
- Да, господин, - с улыбкой до ушей сказала я и бросилась в ванную.
Все необходимое там нашлось — даже больше, чем мне было нужно. Я выбрала себе новую бритву, крем и, тихо напевая песенку под нос, принялась за дело, управившись очень быстро, хоть и порезалась случайно пару раз. А затем, хорошенько ополоснувшись, вышла к Максу в одном полотенце.
Он все еще сидел в кресле, копаясь в телефоне, но поза неуловимо изменилась - теперь он явно вошел в роль, и одного обжигающего взгляда в мою сторону хватило, чтобы убедиться в этом.