Но тут на живот снова легла ладонь, и плавным движением съехала ниже. Проникновение пальцев в меня совпало по времени с новым ударом по груди — легким, но кусачим. Стек? Сколько пальцев было во мне? Чьи это были пальцы? Я чувствовала, как они проникают все глубже и все жестче, двигаясь вперед-назад. Между этими движениями и ударами стека возникал своеобразный ломаный ритм.
И вдруг музыка стала громче, а в моей голове взорвалось странное ощущение, словно стол внезапно сдвинулся с места и стал кружиться, а сама я вылетела из тела и оказалась где-то чуть выше него. В этот самый момент я услышала гортанный крик и скорее поняла, чем реально почувствовала, что испытываю оргазм. Но через мгновение я снова была в своем теле и кончала так сильно, как будто этот оргазм копился во мне долгие годы, и вот теперь, наконец, нашел выход. Я стонала и выгибалась так, что ощутила боль в руках, и почти сразу, к моему облегчению, их отцепили, позволив мне принять более удобную позу.
Но в покое меня не оставили — уже пару секунд спустя я поняла, что меня снова шлепают — на этот раз прямо по клитору. Это было похоже на ласку — приятные, нежные, ритмичные удары чем-то очень мягким.
- О-о-ооо, - простонала я и выгнулась, позволяя телу расслабиться. Музыка теперь снова была не такой громкой, и в зале стало чуть прохладнее, но не слишком холодно, чтобы это было неприятным. Возбуждение снова нарастало — сразу, как закончился первый оргазм, и я облизала сухие губы, приоткрыв рот в ожидании следующего, но тут внезапно все прекратилось. Остался лишь один палец, поглаживающий мой клитор — слишком нежно и слишком медленно, чтобы это могло привести меня к новой разрядке.
Тихо постанывая, я сосредоточила все усилия на том, чтобы вытерпеть эту пытку, не поднимая бедра, не умоляя и не выставляя себя тем самым такой похотливой на глазах у доброй половины клуба.
- Тебе хорошо, милая? - тихо спросил Макс у самого моего уха, и я сглотнула: значит, это Ник ласкает меня прямо сейчас внизу.
- Да, - прошептала я, едва найдя силы говорить.
- Хочешь кончить еще раз, саба?
- Да, мастер.
- Тогда подчинись мне.
- Как?
Я сказала это слово одними губами, без звука, но почему-то не сомневалась, что он услышит — снова музыка стихла, и все люди исчезли, кроме него, меня и… Ника, который продолжал ласкать меня пальцами. Так нежно… так чутко и ласково после всего, что это казалось безумием. И моя киска, которая потеряла всякую чувствительность после стольких ударов, каким-то волшебным образом ощущала эти нежные ласки острее, чем предшествующие им жесткие проникновения и порку.
- Просто подчинись. Отдайся мне полностью, прямо сейчас, - прошептал Макс прямо в мои губы, - Ты готова отдать мне все?
О боже. За секунду до этого я думала, что уже все ему отдала, и тут вдруг поняла, что внутри меня есть мощное сопротивление. Макс коснулся моих висков обеими руками и просунул их под маску, стягивая ее вниз. Его взгляд уставился мне прямо в глаза:
- Ты готова подчиниться?
- Да, мастер.
Мои глаза слезились. Живот обожгло странное ощущение изнутри, словно там что-то лопнуло и пролилось вниз — приятное, теплое, разогревающее. Я приоткрыла рот, когда это тепло соприкоснулось с пальцами Ника, мгновенно превращаясь в жар.
- Да, нижняя. Ты готова, - шепотом произнес Макс, выпрямляясь.
- Макс. Макс, пожалуйста…
- Нет. Не сейчас. Ты не кончишь прямо сейчас, нижняя.
- Да, мастер.
Макс опустил руку на мою грудь и больно сжал сосок, глядя сверху вниз:
- Я хочу знать, как сильно ты этого хочешь. Я хочу, чтобы ты умоляла.
- Я хочу. Умоляю вас, мастер. Умоляю, пожалуйста.
В голове не осталось никаких мыслей. Слова словно не затрагивали мой мозг, пролетая прямо с губ Макса в мои. Словно это были его губы. Его тело и его оргазм, который он имел полное право испытать, когда ему вздумается.
И тут снова пришла музыка, ударившая по ушам. О дааа, кто бы там ни был этим звукорежиссером за моей спиной, он был близок к гениальности. Так почувствовать мгновение. Уже не Enigma, кое-что посвежее. Beyonce.
- Макс!
Только его глаза и губы, приказывающие мне:
- Умоляй меня. Покричи.
- Мастер… Макс. Умоляю, пожалуйста!
На последних словах я, действительно, закричала. Терпеть уже не хватало сил. Он был таким красивым и безжалостным прямо надо мной. Тоже почему-то мокрый, но ему шло. Волосы прилипли ко лбу, даже ресницы влажные. Но на лице не было ни капли напряжения, на нем читалось чистое вдохновение.