Застыла перед ним и не знаю, как оправдать свой конфуз.
— Простите меня!
— Дима, эта служанка совершенно не умеет обслуживать, – произносит блондинка.
— Иди. Неси остальные блюда, – приказным тоном говорит хозяин. В его голосе отчётливо звучат нотки раздражённости.
Я киваю и выхожу из столовой. Меня так и не отпускает дрожь, после такого инцидента. Очень остро реагирую на хозяина, он влияет и давит своей могущественной энергетикой. Чувствую себя рядом с ним маленькой букашкой, которую может раздавить одним пальцем.
Уже в кухне, Арсений Павлович вручает мне другой поднос со вторым блюдом. В этот раз стараюсь не ударить в грязь лицом.
Подношу к столу вторые блюда и уже уверенными движениями расставляю на столе.
— Налей мне воды, – произносит приказным тоном.
Я послушно исполняю его просьбу, наливаю в его бокал воды и отхожу в сторону. Хочу уйти, но его властный голос останавливает меня.
— Стой здесь!
Послушно останавливаюсь и остаюсь стоять на месте, наблюдая, как они обедают. Оба делают вид, что меня не существует, словно невидимка.
— Димочка, когда мы поедем отдыхать на Бали? – спрашивает елейным голосом блондинка.
— Тебе здесь плохо?
Смотрит на неё хмуро. Та, даже ёрзает на стуле, от его тяжёлого взгляда.
— Нет, мне здесь прекрасно. Просто мы давно никуда не выезжали.
— Ты здесь не для того, чтобы хотелки свои озвучивать! Твоя задача, исполнять мои.
Смотрит на неё давящим взглядом. Блондинка даже уныло опускает свою голову и ковыряет вилкой в тарелке.
— Поняла. Больше этот вопрос не подниму, – бубнит себе под нос.
Смотря на эту картину, меня ещё больше трясёт, как он разговаривает даже со своей спутницей. Завела руки за спину и сцепляю пальцы в замок, чтобы унять дрожь.
— Подойди.
Исполняю его приказ и подхожу к нему ближе.
— Убери это, – показывает на использованные тарелки.
Подчиняюсь его приказу и начинаю складывать всё на поднос.
Уже с подносом вхожу в кухню и ставлю на столешницу. Арсений Павлович колдует над плитой, и взглянув мельком на меня:
— Ну как, первый раз? – спрашивает, переворачивая овощи в сковороде.
— На три балла из пяти, – понуро отвечаю ему.
— Ничего, ещё наберёшься опыта.
— Стараюсь. А где Марья Васильевна?
— Она с девочками в другой части дома, там делают уборку.
— Понятно.
Тем временем Арсений Павлович готовит десерт, который мне предстоит отнести. Он ловко украшает блюда и ставит на поднос.
— Через пять минут отнесёшь. Обязательно перед подачей, налей сначала ему чёрный кофе. Господин пьёт сначала его, а потом принимается за десерт.
— Спасибо, что предупредили.
Опять с подносом иду в столовую. Блондинки уже на месте не оказалось. Только ОН.
Подношу ему кофе, как и подсказал Арсений. Десерт ставлю в сторону. Дмитрий Леонидович даже не смотрит на меня, увлечённо разговаривает по телефону.
— Ты знаешь, куда поставлять. Звонишь ему и сообщаешь о поставке, он встречает. Усвоил?
Слушает собеседника, поднимает чашку и отпивает кофе. Решаю не мешать хозяину, направляюсь к выходу.
— Я тебя не отпускал, – звучит его голос за спиной.
Оглядываюсь на него и покорно иду обратно.
— Подойди.
Теряюсь и не сразу соображаю, что он хочет от меня. Замешкавшись, всё же делаю шаг в его сторону.
Он откидывается на спинку стула, пристально рассматривая меня. Сначала его взгляд скользит по моему лицу, затем опускается ниже, задерживаясь на груди. От пристального внимания хозяина по моему телу пробегают колючие мурашки. И создаётся ощущение, что я стою перед Леонидом совершенно обнажённой, как женщина, которую оценивают, словно товар на ярмарке для развратных утех.
Я чувствую себя некомфортно и неловко под его пристальным взглядом.
— Тебе сколько лет?
— Двадцать.
— Где до этого работала?
— В школе, лаборантом.
После произнесённых моих слов, Дмитрий Леонидович пристально смотрит в мои глаза. Я даже пугаюсь его тёмных глаз. Сейчас в нём отражается интерес, и не совсем здоровый. Похоть.
Я не выдерживаю его чёрной бездны, опускаю голову, чтобы не поймать гипноз, как это было ранее.
— Убирай здесь всё.
Встаёт из-за стола и покидает столовую. Я облегчённо вздыхаю и начинаю убирать, как было велено.
Глава 7
Будние дни пролетают незаметно для меня. В таком режиме, как происходит в особняке, выбивает меня из счёта времени. В постоянной трудовой рутине часы превращаются в секунды. И завтра, у меня первый выходной. Наконец, смогу навестить маму в больнице.