— Куда же столько?! Я же, всё это не съем.
— Поделишься с соседками, – киваю в сторону других пациенток.
— Передай ему огромнейшее спасибо, и тебе тоже.
Мама расплывается в тёплой улыбке. Глаза немного приобрели блеск, настроение приподнятое. Это хоть как-то меня успокаивает.
— Ты сама как? Как на новой работе?
Стараюсь не подавать виду — сдержанно улыбаюсь, вспоминая последние двадцать минут, что мне пришлось пережить.
— Всё отлично. Мне там нравится. Начальство адекватное, отношение тоже. Зарплату хорошую обещают, – приходится приврать насчёт начальства, иначе мама будет переживать, а в её состоянии, это только навредит. Да и никогда в жизни не призна́юсь маме, на что мне пришлось пойти.
— Ты будь осторожна, всё же не у простых людей работаешь, – мама берёт меня за руку. — Прости, что тебе пришлось в таком месте работать.
Она смотрит на меня с печалью в глазах. И вижу в них всю боль, отчаяние и сожаление.
— Тебе бы учиться в институте и работать в школе, деток учить, а не мытьё чужих туалетов, – в глазах блестят слёзы.
— Мам, ты чего?! – подсаживаюсь к ней ближе и хватаю её за руки. — У меня всё отлично, мне там нравится. Пожалуйста, не переживай ты так.
— Ты должна учиться, а приходится из-за меня заниматься не пойми чем, – слова мамы режут меня по сердцу, потому что есть доля правды. Но я стараюсь не подавать виду. Не хватало, чтобы она винила себя и переживала, в её положении сейчас это противопоказано.
Мы с мамой ещё час поболтали о житейском. Только десять минут прощались с ней, никак не могли распрощаться. После мамы отправляюсь к лечащему врачу – Станиславу Олеговичу. Уже в его кабинете он рассказывает о мамином лечении:
— У вашей матери состояние стабильное. Сейчас ей намного лучше, чем в день поступления. И хочу вам сообщить хорошую новость, – он снимает свои очки и сдержанно улыбается. — Вашу маму отправляют в столицу. Анонимный благотворитель оплатил операцию, и на период восстановления после трансплантации почки тоже. Уже в понедельник вашу маму перевезут в столицу с помощью санавиации.
— Это замечательная новость! – моему счастью нет предела. Искренне радуюсь новостям врача.
И конечно же, понимаю, кто является этим самым анонимом. Теперь я точно повязана обязательством перед ним и должна исполнять наш договор. Пути назад уже нет.
В радостном настроении выхожу из больницы. Даже дышать стало легче, будто в душе наступила весна и всё заиграло яркими красками.
Ради мамы на всё пойду. Хоть туалеты мыть, хоть быть персональной подстилкой богача, но лишь бы она жила!
В таком настроении еду к тёте Вале. Рассказав ей о предстоящей операции, и неизвестном благотворителе, тётя радовалась не хуже меня, словно ребёнок. По этому случаю она решает отпраздновать, открыв бутылку вина.
— Тёть Валь, мне нельзя. Мне завтра анализы сдавать, – останавливаю её, когда она хотела налить мне в бокал.
— Зачем? – непонимающе смотрит на меня.
— Для работы я должна пройти медосмотр, всё-таки работаю с пищевыми продуктами, убираю личные покои. Поэтому справка обязательно должна быть.
— А может, ну её, эту работу. Всё же нормально решилось с мамой. Лучше поезжай домой, продолжай учёбу и подрабатывай в школе, как раньше.
— Я только устроилась, тёть Валь. Тем более обещают неплохую зарплату, лишним уж точно не будет. Два месяца посмотрю, а там решу, – стараюсь не смотреть на неё, потому что мне приходится врать.
— Сама смотри, конечно. Но я бы ушла на твоём месте, – советует тётя, наливая себе вина в бокал.
На следующий день, как и говорил Дмитрий Леонидович, за мной приезжает водитель и везёт в частный медцентр. Там я сдаю все нужные анализы, что направила меня врач-гинеколог – Ольга Борисовна. После сдачи всех анализов сижу в её кабинете, она делает запись моих персональных данных в свой компьютер.
— Василиса, проходи вот за эту шторку, там будет гинекологическое кресло, я сейчас тебя осмотрю.
От слов – гинекологическое кресло, я начинаю ёрзать на стуле. Щёки горят алым пламенем. Мне становится неловко, нехотя поднимаюсь со стула и иду в указанное место.
Уже расположившись на кресле, она подходит ко мне, натягивает перчатки, и я не выдерживаю: