— Глотай! – следует приказ.
Незнакомец выпускает жертву, наклоняется за брюками и, вслед за этим, быстро и ловко натягивает их.
— Подойди, – чуть громче звучит его голос.
Затаив дыхание, замираю у двери, не понимая толком, к кому он обращается. Обнажённая женщина недвижно сидит на кровати и вытирает рот ладонью.
— Долго будешь стоять у двери?
Отступаю от дверного проёма, чувствуя себя так, словно мне в лицо плеснули кипяток: он обращается ко мне! На мгновение сердце уходит в пятки, и я впадаю в ступор. Мысли путаются в голове, я не могу понять, как поступить.
— Больше повторять не буду, – угрожает мне мужчина.
На негнущихся ногах трогаюсь с места и медленно выхожу из ванной. Должно быть, со стороны я выгляжу словно затравленный зверëк рядом с охотником, послушно идущим на погибель.
Я опускаю голову и не решаюсь смотреть на обнажённых людей в этом помещении.
— Ты кто?
Поднимаю на него взор и зависаю…
Чёрные, словно непроглядная тьма, которая поглощает в свою бездну, его глаза гипнотизируют, не отпускают.
От этого мужчины веет мощнейшей энергетикой власти, подчиняющей меня без сопротивления. Я не в состоянии ответить ему ни слова, будто парализована, и тело онемело, погружаясь в густой мрак. Не могу дышать, грудь сдавливает невидимыми стальными цепями. Вся комната исчезает, и остаются только его прожигающие насквозь глаза.
— Отвечай! – рявкает, что я дёргаюсь и выхожу из оцепенения, незаметно сделав глубокий вдох.
Набрав полную грудь воздуха, решаюсь ответить ему:
— Я... я новенькая служанка.
— Вижу. Как твоё имя?
— Василиса.
— Василиса, – произносит медленно так, будто смакует моё имя, при этом смотрит на меня, сканируя каждый сантиметр моего тела. — Василиса, а теперь подойти и подними это. А затем выкинь.
Показывает на пол, где валяется этот гадкий использованный презерватив.
Я выхожу из ступора. С глаз спадают шоры и вижу перед собой, не мужчину, а демона, что пытается отравить меня своим ядом.
Внутри образовывается негодование и злость. Я сжимаю руки в кулаки, с такой отчаянной силой, что короткие ногти впиваются в ладони.
Какого чёрта?! Кого он во мне увидел?!
Обнажённая блондинка, что сидит на кровати, смеётся надо мной и с удовольствием наблюдает за моим унижением.
Резко поднимаю на мужчину глаза и немым взглядом показываю, что не буду этого делать.
— Нет? Тогда ты больше здесь не работаешь.
Глава 1
— Вася!
— Сейчас, мам, – кричу из своей комнаты.
Закрываю конспекты по методике преподавания, встаю из-за письменного стола и спешно направляюсь в зал, откуда меня зовёт мама.
Так получилось, что с мамой мы живём вдвоём в маленьком частном доме небольшого села, находящегося в нескольких десятках километров от большого города. И мне нравится такая жизнь, в которой чувствуешь себя в своей тарелке. Никогда не рвалась в большие города, в которых, по мнению многих жителей нашего села, больше перспектив, чем в нашей дыре, как многие именуют наш населённый пункт. Мне нравится наш маленький дом. Наше тихое и спокойное село. Пусть здесь нет перспектив, но нет и той городской суеты, шума, вечно загаженного и пыльного воздуха.
Вторая причина, по которой я не уехала в большой город, это мама. Заболевание почек значительно ухудшилось, требуя от неё постоянного приёма дорогостоящих медикаментов. В идеальном сценарии, моей матери необходима трансплантация почки, на которую нам во веки веков не собрать заоблачную сумму денег, требующуюся на операцию.
Под угрозой и моя учёба в институте, которую я прохожу заочно по специальности педагог начальных классов. За следующее полугодие нечем платить, потому что мы собираем деньги на эти самые дорогостоящие лекарства.
Помимо маминой пенсии по инвалидности я трачу и свои скромные заработки за подработку в местной школе лаборантом, ещё берусь писать курсовые работы неуспевающим студентам, естественно, за определённую плату.
Однако всё это гроши, и нам нужно справиться со сложившейся ситуацией, чем я и занимаюсь.
— Мам, что-то случилось? – с этими словами захожу в зал.
— Там кто-то приехал, выйди, посмотри, пожалуйста, – мама, укутавшись в плед, лежит на диване.
В последнее время она стала чувствовать себя неважно. Слабость одолевает её, и это меня очень беспокоит.