И она поднимала миниатюру, заставляя поглядывающих тетушек убегать в слезах.
Тем не менее детство Лилайлы отнюдь не было безрадостным. Слуги ее обожали, ее подкармливали сладкими булочками на кухне, трепали за щеки тетушки, которые приезжали часто навещать, ни в чем младшей дочери никто не смел отказать. Она была в самых красивых местах, а когда подросла, братья стали брать ее с собой на прогулки.
А еще Лилайла была довольна сильна, она любила учиться магии, она обожала свои силы, ее всегда хвалили и отец, и учителя. Возможно, она бы посвятила этому жизнь, если бы не мечты о совершенно другом.
Но не восполненное родными одиночество давало о себе знать. Уже в тринадцать, влюбившись, маленькая принцесса мечтала о собственной семье. Она любила воображать своего будущего мужа, романтические отношения, и точно знала, что когда вырастет, захочет много детей.
Конечно, все ее фантазии облепили образ Исхиэля, помещая в молодого принца все надежды, о которых он, конечно, представления не имел.
Лилайла обозлившись на свое лицо, навязчивых женщин и равнодушных принцев, еле сохраняла лицо, чтобы не дать волю накопившимся чувствам. Когда Олианна сообщила ей о том, что им стоит собираться, она оттолкнула сестру, поразив всех вокруг, вбежала в многоликую толпу.
— Лилайла!
Сестра быстро ее потеряла. Юркая и незаметная девочка побежала в направлении, где последний раз видела танцующую пару. Вскоре она замерла. Исхиэль, поцеловав руку Элианны, наконец откланялся и пошел к балкону.
Тревога и смелость охватили сердце юной особы. Она решительно двинулась туда же.
Глава 7. Подозрительная личность
С того дня Лилайла избегала Короля геенны огненной как могла, и ее бесила эта вынужденная мера. При чем сам Асмодей, когда они все-таки сталкивались, вел себя так, что вызывал еще больше негативных чувств.
Как-то, когда девушка покидала комнату, в коридоре они оказались лицом к лицу. Она замерла. Он улыбнулся и ушел. Его улыбка была подобна издевательству, напоминающему “Ты боишься меня. Не забывай. Гуляй осторожно”. Внутри принцессы все кипело от гнева, на себя, на него, на устройство темного мира!
“Если бы меня не отправил лично учитель, ноги бы моей здесь не было” — шипел внутренний голос.
Проблема заключалась в седовласом старичке, его образ и просьба вставали перед ней каждый раз, когда становилось нестерпимо. Его слово — закон. Здесь не ослушаться. Вздохнув, распрощавшись со спокойствием, Лилайла оставалась в Академии.
При этом она делала все, чтобы закончить дело побыстрее и свои подвижки были. Поделившись со Смотрителем пока еще неопределенной ситуацией, принцесса возвращалась в комнату. Было поздно, основные огни были потушены, лишь некоторые оставляли внутреннюю часть здания в таинственном загадочном полумраке.
На втором этаже, принцесса увидела мельком голову Мильена. Она хотела окликнуть друга, но тут заметила как вслед спешит чужая тень.
Отчего-то ее это не удивило. “Видимо время пришло” — решила она и выпустив силы, укрылась во мраке, с удовольствием принимающим в ледяные объятия.
Незнакомка — низкая, тихая и неприметная, тем не менее была давно замечена Лилайлой. Первой ошибкой было то, что на уроке она постаралась за нее вступиться. Второй — заинтересованные глаза, третьей — чересчур частые “случайные” встречи.
Мильен поднимался на четвертый этаж. Ученица не поднимая лица, словно тень, следовала за ним. Лилайла отмечала подрагивание пальцев, дрожание тела и прерывистое дыхание тоненькой грудки. Когда парень ступил на последний этаж, поведение преследовательницы внезапно изменилось. Девушка выпрямилась, от волнения не осталось и следа.
Занеся руку во внутренний карман у груди, ученица решительным шагом последовала за парнем прямо до дверей его комнаты. Стоило ей оказаться напротив и протянуть руку, как где-то в мало освещенной части коридора прозвучал резкий голос:
— Что тебе нужно?
Незнакомка отпрыгнула, с ужасом воззрившись на женскую фигуру. Выступив из объятий мрака, скрестив руки на груди, принцесса напряженно всматривалась в каждый жест соперницы. Взгляд из полуприкрытых век, жуткий и пугающий, заставил преступницу задрожать.
— Мне следует повторить вопрос?
Девушка молчала. Она остолбенела от неожиданности.
— Прежде, чем начнешь врать… Я не первый день за тобой наблюдаю. Твои взгляды, сопровождение меня и моих друзей не остались незамеченными. Тебе не говорили? — она злорадно усмехнулась. — У меня глаза на спине. Я все вижу.