Вагон забился до самых дверей. Я стояла близко к Косте, вцепившись пальцами в его пальто. Софья протиснулась дальше, абсолютно спокойно стоя поодаль от нас. Она даже успела достать наушники и вставить их в уши. Едва состав тронулся, я слегка пошатнулась. Костя сильнее прижал меня к себе за талию, но уставился выше моей головы. Озадаченный взгляд. А я даже обернуться не могу, слишком тесно.
Меня кто-то сзади держит.
Софья совершенно отстранённо стоит через несколько человек сбоку, будто ничего в этом мире её не волнует, кроме своей музыки в наушниках. И мне как-то неудобно стало. Ничего ведь не случилось, пока я улетела в прострацию?
Рука соскользнула с моего локтя.
Похоже, меня поддержали, когда я могла потерять равновесие. Но с Костей я ведь не могла упасть. А лицо его всё ещё какое-то задумчивое.
И как только на следующей станции люди вышли, я обернулась и поняла, что придержал меня за локоть Таир. Он улыбнулся и кивнул, а сам прошёл ближе к Софье. Она всё так же держалась особняком и не заметила его. Зато сидящие перед ней девчонки с горящими глазами переглянулись, а затем уставились на Таира. Простите, глупышки, но этот камень вам не по зубам. Он не грильяж, что его можно расколоть усилием воли. И не грецкий орех. Это Таир.
Я улыбнулась и отвернулась, встретившись любопытным взглядом с Леоновым.
- Похоже, ты с ними тесно общалась, пока меня не было, - он пытался выдать за шутку своё наблюдение и сокрыть личные мотивы.
- Похоже, - но я не хотела вестись на этот лепет. Только не ревнуй, я тебя прошу. Ты абсолютно не умеешь ревновать, не чувствуешь предел, не понимаешь, когда ревность является мотиватором, а когда – раздражающим фактором.
- Я рад, что ты была не одна, - он улыбнулся и, едва двери закрылись, сразу прижал меня сильнее к себе. Чтобы я устояла однозначно.
Какое-то напряжение всё равно повисло. Оно было едва ощутимым, но я думаю, Костя тоже осознал, что я не остановилась на том уровне, на каком была год назад. Я тоже изменилась. У меня тоже появились новые знакомые, новые близкие люди. Или претенденты на эти места. Пожалуй, со времени нашего костяка отличниц Софья – первая и самая серьёзная кандидатка в мои подруги. Мы с ней похожи, потому и легко понимаем мотивы и проявления друг друга. А если не понимаем, то желаем понять. Я, по крайней мере.
Но иногда мне трудно понять её. Как сейчас. Почему она отдалилась? Почему закрылась? Она любит музыку слушать в наушниках, когда мы едем домой, но никогда раньше она не закрывалась вот так, не сказав ни слова. Что-то заставило её так поступить. Тебе просто нужно это понять, Кать. Разобрать ситуацию пошагово, чтобы проследить ход её мыслей…
- О чём ты так задумалась? – улыбка Леонова слегка выбила меня с настроенного русла. Анализировать, когда так близко к человеку, когда тело слегка трепещет, очень сложно. Потому что концентрация внимания слабенькая. Но я умудрилась это сделать каким-то магическим образом. Видимо, я хороша в концентра…
Или ты недостаточно трепещешь от него.
Что это значит? О чём ты?
Ты недостаточно влюблена. Не притворяйся хотя бы перед собой. Врунья.
Я взглянула снова на Костю, который отошёл в сторону, дабы пропустить выходящую женщину.
Что я делаю? Что вообще происходит?
Леонов Константин вернулся из Чехии на учёбу. И ко мне. Я сказала ему не давать никаких обязательств и не брать их. Он послушался. А теперь вернулся сам и вернул все обязательства на круги своя, будто и не уезжал.
Но он уезжал
оставив меня одну.
Он даже не спрашивал меня, хочу ли я, чтобы он уехал. Он поставил меня перед фактом. Я ничего не значу для него, чтобы со мной можно было считаться.
Я обижена на него. До сих пор. Целый год прошёл, а я не могу простить ему этого. Обида, которая накапливалась с каждым перенесённым разговором, с каждым прочитанным спустя дни сообщением, с каждым присланным ответом спустя недели. Ты не приезжал даже на каникулы. Ни на зимние. Ни на летние. Я невероятно зла была на тебя. И невероятно расстроена твоим поведением. Ты эгоист, Леонов. И я не могу тебя простить даже сейчас, когда ты рядом. Я чувствую, будто ты искупаешь свою вину. Но зачем? Зачем тебе это? Зачем ты, чёрт возьми, снова всё вернул?
Ты ведь не так сильно меня любил. Вернее не так. Ты тоже обижен на меня. Из-за практикантишки. Из-за Кравец. Тебя не отпустили призраки прошлого. Ты всё помнишь. И я всё помню. Но зачем-то мы играем тех, кем не являемся. Мы притворяемся, что всё прекрасно, хотя это не так. Мы оба с тобой достойны друг друга – лжецы, которыми не хотели быть, но стали ими.