- Я никогда не, - пауза, которую эта особа в джинсовой юбке затягивала во время игры каждый раз, когда очередь добиралась до неё, в этот раз была очень длинной, - целовала учителя.
Её взгляд, раззадоренный и помутненный от количества выпитого вина, прошёлся по Сухареву с ног до головы.
- Но очень хотела бы, - а этот парень, её одногруппник, судя по всему, вечно её подкалывал во время игры и смотрел.
Я понимала, что она ему нравится, но безответно. Сидеть и наблюдать за хитросплетениями отношений между людьми оказалось куда веселее, если варишься в этом же котле. Словно большая парилка. Все в одинаковых условиях, потому понимать друг друга гораздо проще. Вот так и я сидела за игральным столом среди игроков «Диксита». В какой-то момент к нам подтянулся десяток человек, и теперь гогот наших голосов во время «Элиаса» затмевал все другие. Даже музыку. Это длилось до тех пор, пока интеллектуальная затея не превратилась в лёгкую пьянку. Под девизом «надо сменить немного обстановку и перекусить». Перекус превратился в «я никогда не» с вином. И хотя с нами участвовали и аспиранты, никто никого не останавливал,
потому что все совершеннолетние уже.
- Ну, кто же у нас целовал учителя, - Волков держал в руках бокал и не без энтузиазма смотрел по сторонам на всех участников.
Жар от всеобщего волнения и приобретённого тона интимных подробностей окатил меня до самых ушей. Уверена, я покраснела сейчас сильнее, чем за все те разы сделанных глотков вина. Кто ж виноват, что мне столько всего было знакомо на личном опыте. А не пить как-то и играть нечестно показалось мне несоответствующей затеей в условиях моего недавнего решения. Да и просто хотелось действительно испытать все составляющие коллективного студенческого опыта. Или я так оправдывала себя,
ведь Егор сидел за одним столом со мной.
А это значит, что он-то знает правду. И позволит ли он мне соврать или нет… А хочу ли я врать?
Мне нужно сделать глоток. И пусть смотрят на меня все странно, подозрительно и с пьяными удивлёнными улыбочками. Я ведь играю, потому что хочу этого, а не для удовлетворения общественных статутов.
Из мыслей выдернули красочные междометия и взгляды в сторону Сухарева, который сделал глоток и так самодовольно улыбнулся. Похоже, ему это внимание как раз нравилось. Хотя я не удивлена. Он производил впечатление именно такого человека, гуляющего и слегла блудливого. Их с Егором объединяла давняя дружба, интеллект и некие общие стандарты. По крайне мере, мне так казалось.
Я взяла, не думая, бокал в руки и сделала глоток.
На самом деле, в тот момент мне абсолютно всё равно было, честна я или нет, привлечёт это внимание или нет, привлечёт ли это внимание Егора.
- Да ладно? Скавронская?
- Серьёзно?
- Ты целовала учителя или учительницу?
И вот этот шквал удивительных восклицаний, вопросов личного характера и недоверия подкосил меня,
потому что среди этого скопа я чувствовала именно его взгляд,
взгляд светло-зелёных глаз Егора.
- Эй, никаких персональных вопросов, - Волков, пусть и не вызывал у меня никогда особого доверия, но в этот раз он урезонил толпу. Ведь за пару дней и этот активный вечер все эти люди уже знали, кто такая Скавронская. А ещё они знали несколько моих секретов.
Не знаю, почему вдруг Волков решил меня выручить и сделал ли он это ради меня вообще, но с того момента я прониклась к нему лёгкой симпатией. Шептицкий сидел рядом, но увидеть, что именно он попросил друга это сделать, я не могла. Слишком погружённая в себя, я не особо замечаю, что происходит вокруг. Примерно, как на спуске случилось.
Софья с Таиром ушли несколько раундов назад. Скажем так, я намекнула им, что останусь тут пока, а ночевать сегодня не приду. Пусть они побудут вместе – меня не нужно просить об уединении. Уж я-то понимаю, как это им нужно. Особенно после такого дня, как сегодня. Если у них будут лишние силы, конечно.
Разумеется, после такого пристального внимания к своей персоне мой запал в игре немного поугас. Я всё больше выпадала из реальности в собственные раздумья, пока не услышала: