- Когда-то он сказал, чтобы я не приближалась к нему как к мужчине, - я выдерживала паузу, привлекая внимание подруги, - и теперь я сожалею, что не послушалась его тогда. Вот тот вывод, к которому я прихожу все эти три года.
- Твою мать, Скавронская, - она закатила глаза и задрала голову, всем своим видом показывая, что я крупно вляпалась, - что за кашу ты заварила?
И я понимаю её необъяснимую ярость. Она переживает за меня даже в то время, когда и не подозревала о моём существовании. Меня это трогает до глубины души. Мне действительно повезло с тобой, Сонь.
- Не ходи на семинар, - её слова, как гром средь ясного неба, разразили мои уши. – Ты не в том состоянии.
- Отчего же. Я прекрасно выгляжу, настроение не такое упадническое, да и ты под боком. Справлюсь.
- Вот твоё легкомыслие здесь совершенно не уместно, милочка, - она упрекает меня, одёргивает мою руку и становится очень суровой. – Ты зависима до сих пор от этого мужика. Забыла, как избавляться от зависимостей? Так я напомню.
- Всё в порядке, Сонь. Я помню, что ты говорила про контроль. Больше подобных гляделок я не допущу, - потому что сама хочу верить, что смогу справиться.
- Нет, это я этого не допущу, - она угрожающе сжимает пальцы в кулак. – Если ты до сих пор жалеешь, то ты не отпустила его. Ты его держишь, потому он и появился в твоей жизни. Или думаешь, что это совпадение?
- Не думаю.
- Тогда никаких отговорок. Ты идёшь домой, а я тебя прикрою, - она остановилась в рекреации около кафедры международного права и встала напротив меня.
- Я не пойду домой. Не буду скрываться и прятаться. Я хочу принять этот вызов, пусть и выгляжу тем же ребёнком в его глазах, - а Софья укоризненно смотрела и даже не моргала. Осуждает меня за мои слова, за мои мысли и решения. Настоящая подруга, которая мне всегда была нужна. Та, которая будет заставлять меня сомневаться, если я сама устану.
- Вот именно. Ты не должна выглядеть ребёнком. Ты женщина, Кать. И что бы там между вами ни случилось, он тебя чувствует так же, как ты его, - я забыла о том, что связь устанавливается между двумя, и чувствуют её так же оба. – Думаешь, я не видела, как он на тебя смотрел? А как ты на него смотрела?
Она огляделась по сторонам, чтобы никто не вздумал вслушиваться в наш разговор. Но, похоже, всех интересовали только их личные дела.
- Я знаю, как смотрят на тех, кого хотят на чисто физиологическом уровне, о ком хотят заботиться, как о маленьких, кого защищают и от кого сходят с ума. Я видела взгляды искренне любящих людей, которые до конца жизни будут испытывать нежность по отношению друг к другу. Мои родители – живой тому пример. Но, Кать, мне не понравился этот взгляд, - она снова осмотрела окружающих, а затем приблизилась ко мне, чтобы продолжить шёпотом: - Я не знаю, что у вас было, но лучше в это не ввязываться снова.
- Почему? – скажи мне, Сонь, я хочу это услышать.
- Я очень хочу ошибаться, действительно хочу, но ты не будешь с ним счастлива. Он просто опустошит тебя и пойдёт дальше, понимаешь?
- Понимаю. И я очень хочу, чтобы ты ошибалась.
На душе было немного гадко. Вязкая правда из Софьиных уст звучала хуже скрипа пенопласта по стеклу. Меня пробрало мурашками от мысли, что когда-то я слышала подобное. Аня говорила мне, что один из нас всё равно будет несчастен. Я не поверила и этому, ведь какое-то время мы испытывали подобие удовлетворения. Не скажу, что счастья, потому что о его чувствах я так и не узнала. И имеет ли теперь это значение?
Потому что слова Софьи меня всё-таки убедили.
Она права, счастья, женского счастья, которого я хочу, с практикантом мне не видать. Он будет требовать от меня внимания, поклонения и новых впечатлений, которые я могу не дать ему. Не захотеть.
Но с другой стороны бояться сделать шаг, потому что можешь проиграть, меня не устраивает. Я не из тех, кто боится быть проигравшим. Я попробую, прочувствую всё на себе и тогда сделаю вывод. Похоже, не все учатся на чужих ошибках, правда?
- Он говорил мне, - продолжаю шёпотом на ухо Софье, - что я самая опасная из всех. Кого именно, не уточнял. Говорил, что я нахожу какое-то качество, которое мне начинает нравиться, и постепенно увлекаюсь всем человеком. Я тону в этом интересе до тех пор, пока не потеряю себя. Я не умею влюбляться легко – такие, как я, любят глубоко, сильно и страстно.
- Ну, он ведь прав, - она пожимает плечами и немного потягивается. – Ты не умеешь иначе. Потому и Леонова так легко отпустила. Да, он тебе нравился, но ваши отношения – скорее твоя привычка полагаться на него. Вопрос времени, когда ты бы разорвала всё это. Или ему надоело быть использованным.