Глава 9.
- Выглядишь потрясающе, - Софья провела пальцами по плечикам моего пиджака и уставилась в зеркало, в которое я смотрела вот уже несколько мгновений и выискивала недостатки.
После семинара с Орловым мы покинули раньше звонка аудиторию все втроём, обсудили его поведение и направились к вестибюлю. Во время занятий там немного людей, потому посидеть на диванчиках можно без опасений быть застуканными с прогулом. Тут особо не было никому дела до того, как ты учишься, ведь это твоя забота и только твоя. Если ты лишишься привилегий в виде стипендии, поездок куда-то или чьего-то расположения, то твоим противникам будет лучше.
Я оставила вещи на диванчике у ребят и прошлась к большому зеркалу в полный рост. Какое-то странное ощущение, что не всё пройдёт гладко, подгрызало меня. Словно щекотка в голове, оно не давало мне мыслить нормально, не то что разговор поддерживать. Сейчас, когда нет вокруг щебечущих студентов с пожеланиями удачи или скорейшего проигрыша, я чувствовала себя немного неуверенно. Казалось, что я не выкладываюсь на 100%, как всегда хочу. Будто что-то меня держит, как летучего змея ниточка.
Софья тем временем подошла сзади и посмотрела на меня в зеркале, а затем стала поправлять пиджак, чтобы он безо всяких складок сидел на мне, без единой лишней ворсинки и ниточки.
- Ты справишься, Кать, - воодушевлённо пропела подруга, положив руки на талию, а подбородок – на плечо. – Мы в тебя верим. И половина университета.
- Если слюни утрёт при виде Егора, - я многозначно хмыкнула и попыталась выдавить из себя некое подобие усмешки.
- Не такой он и душка, - Софья скривила недовольно губы, будто увидела что-то противное, - и если будет что-то иметь против тебя… - она запнулась, обойдя меня и встав чётко передо мной, загораживая отражение в зеркале, - или если почувствуешь жареное, смотри на нас. Мы сядем впереди.
Я покорно кивнула, не зная, какой помощи можно ожидать в сложившейся ситуации. Когда буду стоять на подиуме за кафедрой участников, на расстоянии нескольких метров, я вряд ли смогу ощутить твою тёплую руку на плече в качестве поддержки. Сомнительное предложение, но оно хотя бы давало какую-то надежду, что даже там, стоя в одиночестве на глазах людей, изворачивая свой мозг и язык в неожиданных позах,
я не буду одна.
- И Егор Дмитриевич выигрывает первый раунд! – Верган громко и отчётливо произносит эти слова, но остаток фразы всё равно тонет в восхищённых окликах, аплодисментах и всеобщем ликовании толпы. Комментарии на проекционной доске, наверное, ежесекундно появляются.
Софья, ни секунды не теряя, уставилась на меня, будто собиралась что-то сказать. Но я не могу читать её мысли, как и она – внушить мне свои. Сжимая от досады губы, понимаю, что будет очень и очень непросто. Взгляд переходит на Таира, и ощущаю лёгкое тепло кожей головы, словно его рука гладит по затылку. Он спокоен и сосредоточен, показывает на своём примере, какой нужно быть,
ведь это я понимаю без лишних слов.
Спасибо, дорогие мои, за то, что пытаетесь обойти свои скромные возможности в сложившихся обстоятельствах, что не теряете веру в меня, даже когда вся толпа против. Я ни за что не забуду этого, того, как вы вместе со мной готовы опуститься в преисподнюю. Я вознесу нас до небес своими способностями, мне бы только немного чуда.
Это чудо сидело на верхних рядах, с краю, опоздав на начало. Он, собственно говоря, и не знал, что сегодня я буду занята, потому что не имел желания связываться со мной. Хотел сюрприз сделать, как сделал однажды. И ведь знал, что Егор рядом, а я малость двинулась головой. Во время последнего звонка снова прочистил мне мозги и поставил упавшие чашки и тарелки на свои места. Привёл в порядок мою голову,
чтобы вскоре проверить, справляюсь ли я.
- Подведём итоги, - Верган поднял руку, призывая всех к молчанию и вниманию, - хотя это будет непросто.
Он усмехнулся, сглаживая наросшую волнительную паузу. У меня даже дрожь нервная пробегала по спине. Было чрезвычайно жарко под всем этим вниманием, в этой одежде, пусть и лёгкой относительно, под взглядом Егора.
- Десять раундов, - голос Вергана снова приглушил бубнёж в аудитории, - закончились ничьёй. Пять – пять.
Говорил он медленно и чётко, интригуя каждый раз своей особой паузой.
- В связи с нашим уставом правилами был задекларирован особый протокол, - он снова поднял руку повыше, призывая к тишине, - который не позволяет прибегать к голосованию, - шёпот превратился в лёгкий гул, но Верган не умолкал, - а провести дополнительный раунд, результат которого определит победителя.