Хёншик стащил с неё мокрые трусы и принялся целовать всё, до чего дотягивался, всякий раз впиваясь в губы, стоило Соре хоть звук произнести. От этих бурных ласк кружилась голова, девушка потеряла контроль над собой и не сразу заметила, что её уже раскладывают прямо на полу. Хёншик навис сверху, горячий и прекрасный как греческий бог, с растрёпанными волосами, томным взглядом почти черных глаз.
Мужчина прижался к ней бёдрами, затем почти лёг на неё и снова поцеловал. Боль и страх отступали, сменяясь жгучим желанием. Он и без того дико хотел её, а теперь память восстановилась, нахлынули чувства, та безумная страсть, которая прежде сжигала его из-за этой девушки. Хёншик жадно ласкал её, наслаждаясь пылкой реакцией, их тела соединились так естественно, словно не было этих месяцев разлуки.
Сора царапала его спину, кусала его губы, долгое время лишённая желанной ласки, сейчас она утопала в ней. Хёншик знал её тело лучше неё самой, безошибочно находил нужные точки и как будто умудрялся быть везде одновременно. Она совсем потеряла чувство времени, перестала понимать, что происходит, пока под сжатыми веками не заискрились звёзды, а из горла не вырвался громкий стон. Хёншик остановился несколько мгновений спустя, мелко подрагивая и жарко дыша ей в шею. Сора ощущала себя мёдом, тягуче растёкшимся по полу. Было так восхитительно сладко, не то, что двигаться, думать не хотелось.
Немного погодя, девушка почувствовала лёгкие поцелуи на левом плече, сильные пальцы поглаживали правый висок и ухо, а тело над ней было приподнято, что они оба могли дышать. Ещё пару минут спустя Хёншик поднялся
на ноги и протянул ей руку. Сора её приняла и на подкашивающихся ногах последовала за ним в ванную. Мужчина поднял её на руках, поставил в ванную, залез следом и задвинул за ними шторку. Затем включил горячую воду, налил геля на ладонь и намылил девушку от шеи до пяток. Она молчала, принимая эту заботу,
в голове всё перемешалось и мысли отказывались складываться в единое предложение. Мужчина тоже обмылся, пока она просто стояла рядом под горячими
струями. Закончив мытьё, Хёншик принялся вытирать её, сначала обтёр грудь, бёдра и ноги, затем развернул к себе и стал промакивать полотенцем снизу вверх.
Сора, как завороженная наблбдала за его действиями. Дойдя до плеч, склонился, он поцеловал чувствительное место в основании шеи, заметив, как по коже девушки мгновенно побежали мурашки и правильно оценив, что это не от холода, а от его действий.
Они вернулись в комнату. Хёншик натянул брюки на голое тело, Сора набросила любимую длинную футболку.
– У тебя есть что выпить? – спросил мужчина.
– Пиво или вино?
– Пиво.
Она вынула из холодильника две банки и одну протянула ему. Пару минут они просто молчали, потягивая алкоголь. Хёншик подбирал слова для разговора, а Сора
просто наслаждалась ощущениями давно желанной близости с объектом своих чувств. Слишком долго ей приходилось сдерживаться, лишаться таких необходимых чувственных удовольствий. А сегодня словно дамбу прорвало, потоком полились давно сдерживаемые эмоции и желания.
– Оппа, – осторожно заговорила Сора, – ты правда вспомнил меня?
– Да, – он улыбнулся немного грустно, прямо как в тот последний вечер в архиве. – Когда увидел тебя в ванной, предположил, что ты умерла… наверное это стало мощным триггером. Воспоминания обрушились как лавина, я даже растерялся.
Она пересела ближе, взяла его за руку и положила голову на его плечо. Хёншик поцеловал её макушку. Столь многое нужно было обдумать, проанализировать, но прямо сейчас он просто наслаждался близостью.
– Прости, что напугала тебя. Но я правда не пыталась утопиться, это просто дыхательные практики.
– Теперь понимаю.
– Хотя ты и вспомнил меня, ты всё равно какой-то другой сейчас.
– Я уже не смогу быть прежним. Да и не хочу. Я не всегда поступал правильно, особенно с тобой. Но и ты не святая. Столько раз меня с ума сводила.
– Всякое было, – улыбнулась девушка. – Теперь это в прошлом. А что дальше?
– Я ещё не успел ничего обдумать. В одном уверен. Прежде я часто был несправедлив к тебе, не считался с твоими желаниями, не спрашивал твоего мнения. Так больше не произойдёт.
– Когда мы вернулись после Чусока, ты сказал, что нам нужно не торопиться, повременить с отношениями. Но раз ты вспомнил…
– Сора, – Хёншик повернулся к ней всем телом, взялся пальцами за подбородок, поймал ее взгляд. – Я больше не буду избегать тебя. Но и принуждать не стану. Ты вправе сама решать, чего ты хочешь. И хочешь ли меня. Только давай будем честными друг с другом в этот раз.
– Ты удивительный, – призналась девушка. – В тот вечер я шла к тебе, чтобы сказать, что готова попробовать встречаться по-настоящему, что хочу всё изменить. А потом я изменилась сама. За месяцы разлуки осознала, как много ты на самом деле для меня значил всё это время…
Остаток фразы утонул в поцелуе, Хёншик всё понял, но разговаривать больше не хотел. Лучше они восполнят упущенное за прошлый год. Он вспомнил, как безумно всегда вожделел её, как одержимый не мог насытиться ею. Поговорят потом, когда страсти немного улягутся.
Мысли в голове девушки снова спутались, тело расслабилось, она растворилась в поцелуе.