Исин вынул из уха наушник, прислушиваясь к звукам вокруг себя. За третьей по счету дверью за поворотом
раздавались странные стуки и один невнятный крик. Здесь рядом сильно пахло едой, возможно просто кухня и кто-то обжёгся. Исин прошёл дальше, но интуиция
вопила об опасности и он снова вернулся к той же двери. Теперь звуки больше напоминали шум драки.
Замок оказался закрыт изнутри. Выбив дверь с ноги, суперинтендант ворвался внутрь. Представшая перед ним картина вызвала в мужчине взрыв гнева. Два рослых мужика удерживали Кёнсун, рот которой был перевязан галстуком. Один заломил ей назад руки, тоже связанные на запястьях, и удерживал поперёк тела, а второй как раз закончил стаскивать с женщины
брюки. Кёнсун вырывалась как бешеная и вопила сквозь повязку, это её сдавленные крики он слышал.
Не раздумывая, Исин молча бросился на того, кто её раздевал. Оттолкнув его, мужчина нанёс противнику серию ударом в корпус и вырубил его в нокаут точным ударом ноги в голову.
– Брось её, – рявкнул суперинтендант второму.
– Иди к чёрту! Мы просто хотели развлечься. Тоже хочешь? Становись в очередь!
– Я. Сказал. Отпусти. Мою. Женщину.
– Твою?! С хера ли она твоя?! Подумаешь, какая-то шлюха.
В этот момент Кёнсун извернулась и больно ударила его по голени, отчего мужчина закричал, наконец выпустив её руки. Исину хватило нескольких секунд, чтобы вырубить и его.
Затем он развязал руки женщины, снял с неё импровизированный кляп и прижал к себе. Кёнсун дрожала, цепляясь за его плечи, всхлипывала и что-то
причитала.
– Всё кончилось. Кончилось. Всё будет хорошо. Я здесь, – приговаривал Исин, поглаживая её по спине и спутанным волосам.
Один из нападавших начал приходить в себя. Исин осторожно отстранил женщину, вырубил мужика ребром ладони по болевой точке. Затем подтащил их обоих
к большому металлическому шкафу, достал из внутреннего кармана наручники, обмотал их вокруг ножки шкафа и пристегнул руки обоих неудавшихся насильников.
За это время Кёнсун успела натянуть брюки и оправить на себе одежду. Её пиджак порвали, когда раздевали и теперь женщина зябко обнимала себя. Исин снял тонкий бомбер, накинул на неё и снова обнял. Она всё ещё дрожала, тушь растеклась по лицу от несдерживаемых слёз.
– Всё закончилось. Я рядом. Всё будет хорошо. Сейчас вызову сюда патрульных и эти двое пожалеют, что вообще на тебя посмотрели.
– Нет. Не надо. Не хочу, чтобы мое имя мелькало в документах. Не хочу, чтобы кто-нибудь узнал… Господи, со мной никогда никто так не обращался! Они даже слушать не стали. Ударили, утащили, связали… Как это вообще!?
– Хорошо. Я их пока оставлю тут, потом скажу патрульным забрать их в участок. Там проведу воспитательную беседу и поищу, может были какие-то жалобы по изнасилованиям и эти ублюдки к ним причастны. Тогда они сядут надолго. А сейчас пойдём в машину, я отвезу тебя домой.
Кёнсун вцепилась в его одежду холодными от шока пальцами.
– Прости меня. Прости, что не слушала тебя.
– Всё в порядке. Такое нельзя предугадать.
– Но почему я?! Почему они вот так напали?! Здесь же куча людей!
– Ты – красивая женщина, Су. Сексуальная. К сожалению, случай не редкий. Людей куча, но все они пьяны или обдолбаны. И здесь очень шумно. Я смог тебя найти, потому что положился на интуицию. А представь
сколько женщин вот так же пострадали без шансов на спасение.
– Страшно.
– Да. Пойдём в машину.
По дороге она куталась в его куртку и смотрела в окно, переваривая случившееся. Руки и губы болели из-за связывания и удержания, но душа болела сильнее. Кёнсун выросла в состоятельной семье, в элитном районе и вот такую изнанку жизни знала лишь из судебных дел, в которых участвовала на стороне обвинения. Если она и посещала какие-то заведения, то чаще всего это были рестораны или развлекательные места, которыми владели друзья ее семьи. А по работе даже под прикрытием ей никогда не приходилось переживать подобного. Кёнсун была уверена, что сильна и бесстрашна. Она нападал первой, умела быстро совладать с эмоциями, ничего не боялась. Но это нападение показало, что всё не так просто. И вовсе она не всесильная. У неё было мало мужчин, но этого хватало, чтобы понять, что эти двое не будут нежны и ласковы. И что грубое изнасилование реально даже для неё.