Сора грустно ухмыльнулась.
– Сначала я не понимала, почему он меня не любит. Ближе к школе сёстры мне объяснили. В тот день я обрезала волосы, нашла на мусорке старые мальчишеские вещи и в таком виде пришла домой. Маму чуть удар не хватил. А отец… рассмеялся. И впервые в жизни потрепал меня по голове.
– И ты стала косить под мальчика?
– Да. Он свозил меня в магазин и сам накупил одежды в отделе для мальчиков. С того дня он стал меня замечать. Учил чинить машину, брал на рыбалку, и разрешал гулять рядом, пока они с мужиками общались. Я стала общаться исключительно с мальчиками, даже имя себе другое придумала. Чтобы никто не узнал, что я девочка. Одноклассники конечно знали, но поддерживали меня.
– Отец видел в тебе желанного сына?
– Думаю да. Потом перешла в среднюю школу, связалась с плохой компанией. Они многому меня научили, с ними я прошла самые темные уголки нашего города, кучу всего с ними перепробовала. Отца постоянно в школу вызывали. Даже в полицию пару раз, но там на меня не могли ничего повесить. Ребята меня прикрывали, с ними я научилась дружить.
– Так что же случилось в итоге? Ты ведь не от хорошей жизни переехала?
– Потом у меня выросла грудь и отец вспомнил, что я девушка.
– И снова отрёкся?
– Да. Он стал вести себя точно так же, но теперь ругал меня за неподобающее поведение, запирал дома, не пускал к друзьям. Я опять была не такой, как он хотел. Последней каплей стало, когда я убежала к друзьям, отмечать свое 18летие. А он нашёл меня и отлупил на глазах у всех.
– Жестоко.
– Я поняла, что он не изменится. Мама его боялась и не могла меня защитить. Поэтому я договорилась с другом и сбежала из дома. Как раз пора была поступать, так что я подала документы и мне повезло сразу.
– Непростая у тебя судьба. Ты и теперь предпочитаешь косить под парня?
– Ну я приняла свой пол, у меня нет внутреннего конфликта. Его никогда и не было, я просто пыталась понравиться отцу в той роли, в какой он хотел. А что до одежды и стрижки, просто это удобно.
– Ты сказала, что у тебя две старшие сестры?
– Две сестры, одна замужем, вторая всего на 2 года меня старше. Мы почти не общаемся из-за отца. Старшая всегда его защищала и ругала меня, что веду себя не как положено девочке. Правда, знаю, что она скоро разведётся с мужем. А средняя мной восхищалась, из-за чего регулярно ссорилась с семьёй.
– Скучаешь, наверное, одна в городе?
– У меня есть друзья, так что я вижусь с ними. Всё в порядке. По праздникам звоню маме, иногда отправляю фото. Со средней сестрой болтаем по телефону.
– Значит ты не была дома с момента побега?
– Не была. И не поеду, не хочу опять с отцом ругаться. Мама сама просит не приезжать, чтобы не возникало конфликта.
Они немного помолчали. Исину анализировал её рассказ, а Сора немного погрузилась в эмоции прошлого и поникла. Заметив это, он её решил отвлечь.
– А парень? Парень то у тебя есть?
– На данный момент нет.
– Никто не нравится?
– К чему этот разговор, суперинтендант Чжан?
– Кажется, я задел за больное, да? – виновато улыбнулся Исин и на секунду приобнял за плечи. – Давай двигаться дальше.
Сора мысленно ругала себя, что прервала такой важный разговор, что не нашла в себе сил признаться, а ведь момент был очень подходящий. Ну ничего, у неё ещё два месяца впереди и она обязательно признается. Сегодня они говорили по душам, и смотрел он на неё не как обычно. Может, начал догадываться, кто знает. В любом случае, Сора теперь будет делать ему массаж наедине. А это много может им дать.
4. Горькая правда
Детектив Пак снова забрал её на расследование массового отравления со смертельным исходом. Изучать место происшествия пришлось в респираторе, потому что отравляющие вещества улетучивались в воздух и отравили воду на заводе, погибло несколько рабочих. Детектив должен был выяснить, случайная эта утечка или руководство давно знало и скрывало это.
Респиратор здорово мешал дыханию, быстро в нём не подвигаешься, а детектив Пак казался неутомимым, умудрялся быть везде и сразу, общался с другими рабочими и обследовал завод в сопровождении менеджера и директора. Соре он дал задание изучить все улики, заметить подозрительные детали и записать каждую, чтобы потом спокойно проанализировать. Так же детектив попросил вставить в уши наушники и сделать вид, что девушка слушает музыку, а на самом деле подслушивать разговоры других сотрудников завода с целью выяснить что-то тайное.
За день Сора вымоталась как никогда прежде, со злостью стащила с себя респиратор. Девушка несколько раз умылась холодной водой, чтобы снять небольшой отек и покраснение из-за контакта с защитным прибором, прополоскала рот и напилась воды. Исин был прав, в работе детектива ещё много неизученного. В этом отделении завода не работали женщины, поэтому туалет был всего один. Сора не удивилась и не испугалась, когда вошёл Хёншик. Он резко сорвал с лица маску, но раздраженным не выглядел, тоже умылся и прополоскал рот, сосредоточенно разглядывал руки, которые тщательно мыл с мылом.
– У вас сформировалась версия, детектив Пак? – заговорила первой девушка.
– Интересно, я дождусь когда-нибудь, чтобы ты обращалась ко мне «оппа»? – вместо ответа спросил Хёншик.
– Это не профессионально.
– Стажёр, ты же не думаешь, что все сотрудники обращаются друг к другу только официально?
– Знаю, что нет. Но я пока не полноценный сотрудник и мне не положено.
– Знаешь, чего я сейчас больше всего хочу?
– Есть? – предположила Сора.
– Утащить тебя в свой фургон и не выпускать до утра, – проговорил Хёншик, раздевая её взглядом.
– Зачем вы опять начинаете?
– Я же сказал, что не отступлюсь.
– Почему вы так уверены, что я не заявлю о вас?
Хёншик встал у неё за спиной, не прикасаясь, но очень близко, сквозь отражение в зеркале смотрел ей в глаза, как змея, которая гипнотизирует добычу и негромко говорил:
– Так заяви. Пойди к Исину и пожалуйся на меня. Расскажи, как я к тебе приставал. Лапал тебя. Целовал. Как затащил тебя в свой фургон, ласкал против твоей воли, и почти склонил к сексу. Как тебе понравилось то, что я с тобой делал…