Убедившись, что она достаточно возбудилась, Хёншик присел на спинку кресла и притянул её зад к себе на бедра, его член упирался ей в поясницу. Сора задрожала и едва сдержала стон, радуясь, что любовник сейчас не видит её лица, иначе он бы не поверил в сопротивление. Испытывая недостаток секса, она завелась мгновенно. Если б не такое хамское нападение, наверное, не сопротивлялась бы вовсе. Но Хёншик снова не хотел считаться с её чувствами и желаниями, а это бесило. Только вот страсть брала верх, когда горячий крупный ствол мужчины тёрся о её ягодицы.
Хёншик развернул девушку к себе лицом и поставил на колени, имея ввиду вполне определенное действие. Сора уперлась руками в его бёдра и сжала зубы, давая понять, что не станет ничего делать. Тогда её снова подняли, поцеловали с грубой ненасытностью. Ни царапания, ни удары, ни укусы на Хёншика не действовали, только заводили сильнее. Впрочем и сама девушка едва стояла на ногах от подкашивающей их страсти. Поэтому когда её снова поставили на колени, девушка уже не смогла сама подняться.
– Повинуйся своему старшему, – потребовал Хёншик, прожигая её взглядом, и толкнулся членом в губы. Сора решила отомстить, обхватила его губами, сжала, прошлась языком вокруг, затем создала вакуум. Хёншик зашипел, не отводя от неё пылающего взгляда. А она сосала так, чтобы мужчина наверняка потерял контроль, впиваясь пальцами в его бёдра. Созерцание его эмоций безумно возбуждало. Хёншик громко застонал, закрыл глаза и откинул голову назад, удерживая её за волосы.
– Стой, – мужчина разве что не скулил. – Хватит. Я так долго не выдержу. Остановись.
Но Сора сдаваться не собиралась и продолжала усердствовать. Тогда Хёншик с силой отстранил её от себя за волосы, поднял на ноги, толкнул животом к креслу, задрал на ней свитер, сразу входя без подготовки. Сора вскрикнула, вцепилась в поношенную ткань обивки. Сегодня Хёншик не будет нежен, сопротивляться ему всё равно, что переть против локомотива. Да и его действия заводили вопреки всем принципам. Соре нравилось то, что с ней делали. Хёншик начал двигаться внутри и Сора снова кусала губы, чтобы не стонать пополам с криками. Мужчина впивался пальцами в её тело, дотягивался до чувствительных сосков, поглаживал низ живота и что-то хрипло бормотал.
Сора потеряла чувство реальности и времени, пока её грубо и страстно имели. Она даже не подумала сопротивляться, когда он причинял небольшую боль, потому что каждый мощный толчок выбивал звёзды в глазах. Кончив, она крупно задрожала и всё-таки громко застонала. За спиной тяжело дышал Хёншик, тоже успевший кончить. Он медленно освободил девушку, обошёл кресло и рухнул на него, приглашающе похлопав по своим ногам.
Но она снова заартачилась. Собравшись в силами, девушка отправилась в ванную, обмылась, привела себя в порядок и обмоталась полотенцем. На выходе поймала на себе пристальный недовольный взгляд. Квартира была небольшой и прятаться ей всё равно негде, поэтому девушка не испугалась, когда её схватили за руку и усадили прямо на колени.
– Вот же девчонка, – проворчал Хёншик, тыкаясь носом в её затылок. – Почему не подчиняешься? Не могла посидеть со мной пять минут?
– Не захотела.
– А это зачем? – указал Хёншик на полотенце. – Что я там не видел?
– Хочу и делаю, тебе то что?! – разозлилась Сора.
Хёншик развернул на ней полотенце, а когда девушка попыталась снова его заправить, перехватил её руку и властно поцеловал. Сора ещё от предыдущего не отошла, а её снова накрыло возбуждением. Да как он это делает?!
Мужчина оторвался от неё несколько мгновений спустя.
– Я не люблю, когда мне перечат, – выдал он уже спокойнее.
– А я не люблю, когда со мной обращаются, как с вещью, – не сдалась Сора.
– И в мыслях не было. Просто я очень тебя хочу. Всегда.
– Одержимый.
– Тобой. Да. Знаешь, были бы твои волосы подлиннее, было бы удобнее за них держаться.
Сора вдруг расслабилась и положила голову ему на плечо. Он улыбнулся. Какая стрессоустойчивая. У него и вправду тяжёлый характер, но ей, кажется, плевать. Знает же, что он не навредит ей и всё, что делает - ради её удовольствия в том числе. Хёншик всегда чувствовал, когда нужно остановиться, а когда можно немного перейти черту. Он уже изучил, что её возбуждает лучше неё самой.